Новое российское наступление против Украины станет тестом на субъектность официального Минска в глазах Запада.

Российско-украинская война сопровождается информационно-психологическими «качелями», когда настроения ньюс-мейкеров и аудитории меняется на прямо противоположное. Энтузиазм по поводу ожидаемого украинского наступления сменяется тревожностью в связи с наступлением уже российским. И наоборот – по другую линию фронта.

В этой связи в Украине и на Западе активизировались рассуждения на тему возможного вступления в войну Беларуси. Или российского наступления в Украину с беларуской территории. Можно ожидать, что в ближайшие недели востребованность этой тематики возрастет. Особенно в свете:

➡️заявления Александра Лукашенко о продолжении практики совместной подготовки беларуских и российских войск на беларуской территории;
сообщений об отправке подготовленных в Беларуси российских подразделений на фронт;
➡️визита в Беларусь для инспекции готовности российских войск главнокомандующего Сухопутными войсками России Олега Салюкова, который является заместителем руководителя т.н. «специальной военной операции» Валерия Герасимова.

При этом с украинской стороны ведется постоянная информационная кампания, ориентированная на беларуское военно-политическое руководство. Цель которой довести, что в случае нового российского вторжения с беларуской территории, Силы обороны Украины будут действовать проактивно по целям в Беларуси. Высока вероятность, что это не только информационно-психологическая операция, но и предупреждение о реальных намерениях Киева.

Российское наступление против Украины станет проверкой на субъектность официального Минска в глазах Запада. Повторение сценария февраля 2022 года будет рассматриваться как отсутствие таковой. Если продолжится текущий формат беларуско-российского военного взаимодействия на фоне новой эскалации на фронте – это может рассматриваться как некоторая автономия беларуской стороны от Кремля в вопросах войны и мира.

Пока Минск «зеркалит» позицию стран НАТО в их поддержке Украины без прямого вовлечения в войну. Но ситуация остается очень подвижной.