Последние решения и воинственные заявления Александра Лукашенко создают ситуацию неопределенности относительно перспектив втягивания Беларуси в российско-украинскую войну.

В субботу, 8 октября, после диверсии на Крымском мосту МИД Беларуси обвинил Украину в агрессивных планах. Причем известно об этом стало от МИД Украины.

Далее, 10 октября Александр Лукашенко в ходе встречи с руководством силовых ведомств заявил о начале развертывания региональной группировки войск Беларуси и России – под предлогом того, что военная активность соседних стран перешла некий рубеж. А Украину повторно обвинил в планировании агрессивных действий против Беларуси. Несмотря на очевидно значимый характер заявлений и решения о развёртывании беларуско-российской группировки войск для ситуации с безопасностью во всем регионе, Лукашенко плавно перешел на проблематику ценообразования и социальную политику. Которые явно не «специализация» для участников мероприятия.

После чего по его поручению руководители силовых структур начали кампанию массовых встреч с целью донести позицию беларуских властей относительно обстановки в сфере внешней безопасности. И рассказать об отсутствии намерений вступления в войну. Так, за неполную неделю прошли встречи:

😒с коллективами крупнейших предприятий страны (БелАЗ, МЗКТ, МАЗ, Беларуськалий);
😒с личным составом армейских соединений (120-й механизированной бригады, 65-й автомобильной бригады);
😒с чиновниками различного уровня;
😒с военнослужащими срочной службы Госпогранкомитета и их родителями.

Ранее, в марте текущего года подобная активность уже наблюдалась в связи с российским вторжением в Украину и угрозой вовлечения Беларуси в войну. Но в гораздо меньшем масштабе. Очевидно, что текущие встречи руководителей силовых структур связана с высоким уровнем тревожности в беларуском обществе. Которая вызвана последними публичными заявлениями и решениями А. Лукашенко. Последний, вполне вероятно, адресует свои воинственные порывы совсем не беларусам, а зарубежной аудитории. Для «стимулирования» ее к принятию нужных для Минска решений. Тем более, что пока не наблюдается никаких практических действий, которые могли бы свидетельствовать о подготовке официального Минска к войне.

Проблема в том, что извне воинственные декларации Минска могут быть восприняты как подготовка к вовлечению в войну под предлогом реакции на внешние несуществующие угрозы. И вызвать встречную реакцию военного, политического и экономического характера. Особенно с учетом того, что принципиального изменения обстановки с момента начала мобилизации в России не произошло. И объективных причин для всплеска воинственности Минска нет. Любая военная активность беларуского режима, даже плановая и не выходящая за обычные пределы, будет восприниматься как потенциальная подготовка к агрессивным действиям.

В любом случае нас ждет период неопределенности до того момента, пока не станут понятны состав, численность и дислокация российской группировки в Беларуси. Однако судя по последним заявлениям, в Минске планируют, что она будет относительно малочисленной. И в этот раз беларуская сторона сможет контролировать российскую военную активность с беларуской территории в отношении соседних стран.