Редкий экономический кризис развивался столь же стремительно, как нынешний в России и Беларуси. Выход с рынка Союзного государства международных компаний, сворачивание национального бизнеса, разрушение IT-кластера, девальвация, инфляция, неконтролируемый экспорт трудовых ресурсов – ко всему этому следует добавить реальную угрозу дефолта.

Мировые рейтинговые агентства резко снижают кредитные рейтинги Беларуси и России, что свидетельствует о высокой вероятности и даже неизбежности дефолта. В Moody’s отмечают, что снижение рейтинга Беларуси связано с серьезным ухудшением кредитного профиля России, что исторически являлось ключевым фактором и источником финансовой поддержки республики.

Некоторые аналитики отмечают, что в России – в отличие от Беларуси – технический дефолт уже случился. Глава Минфина РФ А. Силуанов заявил, что Россия будет погашать внешние долги в рублях. Де-факто это означает, что страна не может платить по внешним долгам и еврооблигациям. Если выплат не будет в период до середины апреля, дефолт станет полноценным. Единственная страна, которая оказывала финансовую поддержку беларускому режиму, стала самой подсанкционной страной в мире и уже не в состоянии выплачивать долги.

Санкции поставлены на поток и, вполне вероятно, на Беларусь будут расширены ограничения, введенные в отношении России (дабы Москва не смогла их обойти), причем коснется это практически всех основных экспортных позиций. Резкое повышение цен на энергоносители Минск мог бы воспринимать в качестве хорошей новости – как своего рода компенсаторный фактор – но сегодня непонятно, как воспользоваться таким конкурентным преимуществом. Именно Россия последнее время фигурировала в качестве базового логистического «обхода» санкционных запретов, но теперь круг замкнулся.

«Антикризисная» программа Лукашенко, которой он поделился во время переговоров с Путиным 11 марта, столь же непосредственна и безыскусна, как и прежние бизнес-схемы беларуских управленцев. Следует всем участникам ОДКБ и ЕАЭС собраться в Москве на переговоры, говорит Лукашенко, и договориться: «Мы вам это продаем, вы нам – это». Кажется, что высшее беларуское и российское руководство не очень стремится отдавать себе отчет в происходящем.

Война в ее экономическом измерении участниками антиукраинской «оси» уже проиграна, но, по всей видимости, руководство РБ и РФ стремится сделать все возможное, чтобы об этом узнало как можно меньше граждан.

В принципе главным итогом переговоров беларуского и российского главнокомандующих стал обмен фейками. В частности, Лукашенко объяснил Путину, что вторжение на Украину – это была своего рода предупреждающая оборона, превентивный удар во избежание удара по беларуской территории со стороны Украины (и даже пообещал показать на карте, как обстояло дело). Путин, в свою очередь, заверил своего беларуского коллегу, что на переговорах с украинской стороной был достигнут определенный прогресс.

В массмедиа и соцсетях, между тем, все активнее обсуждается возможность участия беларуских вооруженных сил в боевых действиях в Украине. До недавнего времени считалось, что Лукашенко не готов пойти на такой шаг, но много ли теперь зависит именно от его решений? Статус Лукашенко как политической фигуры сегодня – значительно ниже, чем у любого лидера постсоветских государств: он постепенно приближается к уровню главы Чечни Кадырова, расплачивающегося с Кремлем за финансово-экономическую поддержку живой силой.

Ряд экспертов отмечают, что нынешний характер отношений Беларуси и России напоминает времена СССР. Лукашенко больше не контролирует важнейшие ключевые вопросы в сфере политики, безопасности и экономики. В частности, это касается перемещения российских войск по беларуской территории, их ракетных ударов из Беларуси по Украине, выполнения беларускими спецслужбами поручений ФСБ РФ и пр.