Несмотря на воинственную риторику и действия, которые можно рассматривать в качестве провокационных, беларуский режим не просто не готов к полному разрыву с Западом, но и стремится сохранить негласную коммуникацию по вопросам безопасности.

9 августа Александр Лукашенко организовал «Большой разговор» с представителями иностранных медиа, пропагандистами и представителями лоялистских кругов. Во время мероприятия прозвучал ряд заявлений, связанных с проблематикой региональной безопасности. Так, А. Лукашенко попытался увязать своё отстранение от власти и угрозу новой мировой войны. Он сообщил, что диалог между Минском и Вильнюсом прекращен, но сохраняются каналы коммуникации по вопросам безопасности с Польшей и США. Последние якобы заинтересованы в нераспространении ядерных материалов. Подробностей относительно контактов с Варшавой Лукашенко не огласил, но ранее была информация о том, что арестованные беларуским режимом активисты польского национального меньшинства Беларуси были освобождены в результате договоренностей спецслужб двух стран.

Одновременно Лукашенко вновь заявил, что потребности в расширении российского военного присутствия в Беларуси нет, и Кремль с этим согласен.

Интересным представляется факт опубликования 13 августа соглашения о сотрудничестве между КГБ Беларуси и Службой госбезопасности Грузии, которым предусмотрен широкий круг тем и инструментарий для сотрудничества. Тбилиси проводит последовательную политику по интеграции в евроатлантическое сообщество и углублению взаимодействия в сфере безопасности с ЕС, НАТО и США. Само соглашение заключено еще в августе 2016 года. Вероятно, столь длительный временной разрыв между подписанием соглашения и его опубликованием связан с тем, что стороны выполняли внутригосударственные процедуры по вступлению соглашения в силу.

Таким образом, несмотря на воинственные заявления, беларуский режим стремится сохранить как имеющиеся каналы коммуникации с Западом по вопросам безопасности, так и получить новые. Даже если это опосредованная связь. Это является продолжением давней тактики официального Минска по «торговле безопасностью», когда свою конструктивную позицию в этой сфере беларуская сторона стремится «обменять» на уступки по вопросам, представляющим для нее интерес, которые в основном не связаны со сферой безопасности.

Надо понимать, что в текущей ситуации имеет место не диалог, а сохранение экстренной линии связи для решения конкретных вопросов. Это позволяет (в теории) избежать неконтролируемого кризиса в сфере безопасности. Но абсолютно недостаточно для улучшения ситуации, которое уже невозможно без реальной трансформации системы власти в Беларуси.