ты знаешь, как играть?
— я да, но… я об этой игре кучу лет уже не слышал.
— пойми старика… предлагаю сыграть, я начну, — я согласился, все равно ничего не оставалось.
— первым слогом этого слова мы отвечаем на просьбу, вторым слогом начинаем выдвигать свои условия.
я растерянно заморгал. попросил его повторить, но все равно не понял смысла.
— в слове два слога… да?
— ага. как ты отвечаешь на какую то просьбу? представь, что я попросил тебя подать мне стакан воды. что ты ответишь?
— я просто подам стакан, — Найджел поднимает одну бровь, и мне быстро приходится думать над другим ответом. — н-ну… типо, «хорошо, щас»?
— одно слово, один слог.
— «окей»?
— да, и один слог.
— «ок».. а, понял. а второй слог? выдвигаем условия?
— да. то есть, «хорошо, я подам стакан»… — он многозначительно замолчал, мол «ты продолжай».
— … «но сначала подожди»? «но»?
— да.
— … окно?
— да! молодец.
— тяжело, мне не нравится, — я отвернулся, и мужчина снова усмехнулся себе под нос.
на улице была удивительно тихо. я до сих пор не знаю, который час.
— сколько время?
— пол двенадцатого, — спокойно ответил он, коротко взглянув на наручные часы.
— не хочу домой, — слова вышли сами собой, я даже не подумал, прежде чем сказать.
— тогда поболтаем еще. тебя дома кто то ждет?
— я один живу.
— значит, торопиться некуда. можешь расслабиться, Шон, — эта фраза отдается у меня в голове назойливым, но таким приятным эхом. я неуверенно расслабляю плечи, следуя совету. — завтра куда то нужно идти?
— нужно… но, думаю, я не проснусь, — секундная тишина, когда я понимаю, как это звучит. — я имею ввиду…! скорее всего, я не пойду.
— я понял, не переживай. почему не пойдешь?
я кусаю губы, ломаясь над ответом. что лучше сказать? «нет сил», «не хочу», «я уже давно туда не хожу, в этом больше нет смысла»… в этом году в университете я появился только два раза. я не знаю, почему меня еще не выперли. каким то образом я делаю проекты, домашки, и это принимают.
— если хочется отдохнуть, то лучше так и сделать.
— что это значит?
— если будешь заставлять себя работать, выгоришь и возненавидишь то, что делаешь.
— э.. я не думаю, что это работает с универом или школой.
— во время учебы тоже нужно делать перерывы. не только во время каникул, но и когда сам захочешь, — мужчина оглядывается, как бы игриво, а после наклоняется ко мне и шепчет:
— когда я был ребенком, я постоянно притворялся, что больной. так же все делали, да?
— ну…. не уверен, что на постоянной основе.
— о, я был ужасным ребенком… не знаю, где бы я был, если бы в конце средней школе не решил взяться за учебу.
— вы… ты плохо учился?
— меня ненавидела половина учителей. я хотел играть в игры и веселиться, и из за этого мешал им.
— таких людей много, так что неудивительно.
— вот как? а ты каким был? — Найджел улыбается и слегка поворачивает голову в мою сторону. я задумываюсь, пытаясь вспомнить. половина воспоминаний как в тумане.
— … я не помню. все, что я помню из средней школы, это то, что я участвовал в олимпиаде по биологии. я помню, там было какое то практическое задание.
— школьные олимпиады… должен признать, я всегда не любил их. учителя отправляли меня на них, несмотря на мои ужасные оценки. задания в олимпиадах действительно сложные, так что отправлять туда таких детей, как я, сомнительная идея.
я молча слушаю и время от времени киваю. так легко на душе. мне даже не страшно.
— а сколько тебе? — он внезапно спрашивает, на секунду я застываю.
— 20.
— мне 29.
— 29…?! в-вы… почти на 10 лет меня старше!
— мы же уже перешли на «ты», не нужно формальностей.
очень странно, но даже узнав его возраст, я не чувствую дискомфорт. хочу общаться с Найджелом и дальше. я никогда не чувствовал себя так спокойно за последний год, я хочу растянуть это события как можно сильнее.
— ты учишься, да? на кого?
— давай не будем про учебу…
— хорошо. тогда… ты говорил, что тебе нельзя курить.
— у меня астма, — я коротко ответил, сразу поняв, что именно он хотел спросить.