Сегодня читала статью про ДРИ на Wonderzine и горько усмехалась. Я искренне восхищаюсь смелостью Натальи, я понимаю, что интервью анонимно, и что нет никаких обратных контактов, чтобы связаться и сказать ей - есть, есть взрослые люди с ДРИ, старше 22-х лет, с профессией, семьями, даже детьми, со своей трудной и интересной жизнью. Вот есть я, а ещё могу познакомить. Но я сама сижу в "подлодке анонимности".

"Описано 350 историй болезни людей с ДРИ". Вопрос - сколько не описано, и почему. Ко мне Wonderzine вряд ли придёт брать интервью: у меня нет справки из ПНД, и я сделаю всё, чтобы её не было, потому что опеке вряд ли можно объяснить, что "люди с ДРИ - это не монстры". А ещё - хозину квартиры при съеме, приемной комиссии при поступлении, работодателям - при устройстве на работу. Кроме того, я, безответственное чудовище, планирую рожать детей. И, ой удивительно, не хочу, чтобы у меня их отобрали. Меня диагностировала ученица Онно Ван дер Харта, создательница didrus.com, нейропсихологиня, мастерица своего дела. Специалистка с инсайдерским опытом ДРИ. В каких условиях она живет? О, вам лучше не видеть. Ни у меня, ни у неё нет справки "для журналистов", где будет написано "ДРИ".

Многие люди читали "Множественные умы Билли Миллигана", и куда меньше - "Призраки прошлого", и составили свое представление. Знаете, как закончил свои дни Билли Миллиган? Вряд ли кто-то из людей с ДРИ хочет так же. Наталья вот не хочет, я тоже. Какой вывод чаще всего делают люди, прочитав историю Билли? "Люди с ДРИ - патологические лжецы, насильники, грабители, потенциальные убийцы". Я не с потолка взяла это мнение. Когда я пробовала открыто писать о том, что у меня ДРИ, я получала такие отзывы, а ещё - что я "не похожа на Билли", не могу говорить, что у меня ДРИ, "пока ты не убила кого-нибудь".

Автор "Мама, я в Сибири" пишет, что создает образ честного наркомана. Я поняла, что хочу в ЗГР дать честное представление о том, как живут люди с ДРИ. Мы - не армия клонов Билли Миллигана, книга даже не от его лица-то написана, её писал Кен Кизи. И поэтому я пишу свою книгу - пусть даже она будет корявой, но я никому не позволю говорить за меня, вместо меня.

Что ещё меня резануло в статье - это представление о том, что серьезное психическое расстройство должно быть вызвано серьезными, уважительными в глазах бдительной общественности (не фигней какой-то!) причинами. Вот Наталья говорит: все было хорошо, семья хорошая, как же так. И вот мама-психотерапевт чувствовала себя виноватой...

Даже если в семье Натальи правда всё было хорошо, - причина не делает заболевание более или менее "настоящим". Представьте, что один человек сломал ногу, подравшись с грабителем, который влез в его дом. А другой просто шел по улице, разглядывал облака, споткнулся, упал и тоже заработал перелом ноги. У второго что, перелом не настоящий, получается?! И лечить его не нужно?

Или ещё одно представление о пси-расстройствах - "труевость поставленного диагноза измеряется функциональностью". Типа, можешь жить свою жизнь, нечего претендовать, что у тебя ДРИ - такие как ты должны обколотые аминазином в ПНИ лежать и не отсвечивать! Допустим, первый человек из нашего примера про сломанные ноги работал программистом, а второй - пешим курьером, развозил пиццу. В результате после перелома ноги первый все ещё может работать, а второй нет. Значит ли это, что перелом первого легче, чем у второго? Или вовсе - выдуманный?

У Натальи мама психотерапевт, поэтому сразу повела её к коллегам, когда почуяла неладное. Моя мама - юрист, отец - бухгалтер. Поэтому мне сказали, чтобы я "не придуривалась" и "главное, чтобы дурь подростковая учиться не мешала". А иначе, добавлял отец, "будешь выебываться много - сдадим куда следует таких сдавать". В результате к психотравматологам я попала в 21, а не в 12-13, когда "началось". Обои у меня в комнате были изрисованы не только фломастерами, а местами кровью из порезов, которые я делала на ногах, чтобы не увидели и не сдали. И я любой ценой делала отличные оценки в школе: "партия сказала "надо" - комсомол ответил "есть".