Прошло уже почти полгода с тех пор, как Игорь обещает заплатить мне за коммерческое использование моей фотографии для своей обложки. Всё это время он продолжает зарабатывать на моей работе, используя её как часть своего публичного и коммерческого контента.
Три месяца я был вынужден напоминать об оплате каждую неделю. Всё это время я чувствовал себя ужасно: мне приходилось чейзить Игоря и его команду, чтобы получить деньги за собственную работу, потому что с их стороны не было никакой инициативы. Мне никто ни разу не написал сам, а в ответ на мои вопросы я продолжал получать одни отмазки.
В какой-то момент разочарование сменилось чувством бессилия и незащищённости. Как будто возможность зарабатывать на собственном творчестве стала зависеть не от качества моей работы, а исключительно от настроения Игоря, и я абсолютно ничего не мог с этим сделать.
В какой-то момент команда Игоря написала мне:
«Да у Игоря сейчас нет денег, он на жёстком лоу, да он сейчас как мы»
Это пиздец. Как это вообще можно релейтить? Очевидно, что финансовое положение Игоря сильно отличается от моего. И как, сука, можно из позиции власти не думать о людях, с которыми ты работаешь? О тех, кому ты обещаешь деньги, кто рассчитывает на них в определённые сроки, кто планирует свой бюджет, исходя из этих договорённостей. Можно просто взять и кинуть человека? Я рад, что Игорь заплатил последние деньги за свою квартиру. Но чем мне платить за свою комнату? Фотография - мой единственный источник заработка на данный момент
Я общался максимально корректно и аккуратно, не раз стараясь войти в положение человека. Но мою лояльность просто восприняли как данность, и деньги мне так и не выплатили.
После проблем с первым каналом, перезалива клипа и ангины у Игоря случился творческий упадок. Мне правда жаль, что ему пришлось через всё это пройти. Но вся эта история всё больше выглядела как намеренное избегание выполнения рабочих договорённостей.
На мою очередную просьбу выплатить гонорар мне ответили:
«Ну ты пойми, Игорь такой человек, и ты нихуя не можешь с этим сделать»
И вот тут мне стало по-настоящему плохо и страшно. Я почувствовал себя ничтожным, будто в этой ситуации я вообще никак не защищён. Ни законом - мы не подписывали контракт, и я даже не понимаю, в какой стране и как смог бы добиться исполнения договорённостей: в Англии, во Франции? - ни тем более обещаниями, которыми меня кормили уже третий месяц.
Я впервые так остро почувствовал собственное бессилие и дисбаланс власти. Вся переписка строилась вокруг того, что мой гонорар зависит от состояния Игоря, его настроения и его обстоятельств. При этом мои потребности, моё финансовое положение и моё эмоциональное состояние никого не интересовали.