И Биликто Дамбаева можно будет назвать не почти великим актером, а просто великим.

Галина Галсанова, заслуженная артистка Бурятии. Актриса смогла сгенерировать сложное диалектическое единство и противоречие формы и содержания. Её персонаж Милли Свиджер за внешней простотой скрывает мгогогранную характерность. Безусловно, что Галина Галсанова сегодня твердо занимает театральную нишу звезды второго плана.

- Актерский состав спектакля из девяти человек представлен именитыми артистами, один Баир - у нас без звания, - с улыбкой указывает на Баира Протасова Надежда Мунконова.

Баир Протасов при этих словах почему-то виновато на меня посмотрел. Но это не вина актёра, а его беда. Из-за семейных обстоятельств Баир Протасов уходил надолго из театра, отстав от артистов-сверстников, но зато он сделал заслуженной артисткой Бурятии свою жену Лосолму Протасову. Теперь артист наверстывает упущенные годы и набирает актёрское портфолио, в которое войдёт роль студента Эдмонда в "Сделке с призраком".

Ну а теперь, пожалуй, самое вкусное - Цынге Ломбоев. Теперь уже состоявшийся режиссер Надежда Мунконова призналась, что долго побирала литературное произведение для рождественской постановки. И когда открыла повесть Диккенса, ее герои сразу заговорили с ней голосами бурятских артистов. После спектакля я понял, что первым, кто подал мысленный голос, был её однокурсник по бурстудии ВСГАКи и коллега Цынге Ломбоев.

Вот, импозантный джентльмен поёт хрипловатым голосом дуэтом с Надеждой Мунконовой словно Фрэнк Синатра с Эллой Фицджеральд. Так выглядит истеблишмент. Вот, помятый жизнью, растерзанный женщинами и судьбой ловелас безвольно развалился на кресле. Депрессия. Вот, корчится он в душевных терзаниях и муках, и катается от бессилия и отчаяния по полу...

Нет, Чарльз Диккенс писал не об английском учёном Рэдлоу, он писал о бурятском актере Цынге Ломбоеве, чей талант давно перерос региональный масштаб званий, а смокинг народного артиста Бурятии ему давно не по размеру и жмет. Масштабу его личности требуются другие одежды - фрак актера российского уровня.

- hунэhэмни гараа, бузартааб, хулисэл - абарал... - как тонко актёр воплощает внутренний психологический конфликт, присущий английскому роману!

Вглядываешься в цынгеломбоевскую роль, глубину созданного артистом психологизма и понимаешь, что Рэдлоу Цынге Ломбоева - не нигилист-безбожник, даже не скептик-прагматик, но агностик, терзаемый противоречиями внутренней рефлексии!

Сам Диккенс, увидев такой разворот событий, вдруг понял бы свое произведение, осознал всю глубину своей философской задумки, не понятое до конца литературоведами до сих пор. И возможно классик дополнил, а может даже изменил бы фабулу сюжета, как удалось это сделать Бурдраму!

В реальность мое провалившееся в спектакль сознание, от шока и глубины переживаемого катарсиса вернули финальные слова диккенсовско-мунконовского шедевра, обращенные к Всевышнему и вселяющие надежду и веру в жизнь: "Бурхан багшамни, ухаан бодолыемнай hонор зандань үлөөгыш!"

Боже, сохрани мне память!

P. S: Идея поставить на бурятской сцене Диккенса принадлежит Олегу Юмову, худруку Бурятского театра, что достойно отдельного разговора.