Часть 5.
Возражения к Акту о замене копией памятника Салавату Юлаева.

Между тем, предмет государственной охраны – подлинная вещь.
Целями государственной охраны являются предотвращение повреждения, разрушения или уничтожения объекта (ст. 33 Федерального закона № 73-ФЗ); сохранение – это меры по обеспечению физической сохранности самого объекта (ст. 40).

Замена подлинника копией ни при каком толковании не является сохранением объекта; в отношении подлинника она означает прекращение его существования как памятника на историческом месте.

При этом материал (бронзированный чугун) прямо включён в действующий предмет охраны; его изменение запрещено при любых работах (ст. 47.3 Федерального закона № 73-ФЗ, охранное обязательство – приказ от 18.05.2018 № 127).

Сам памятник принят под охрану государством в 1974 году реально существующем виде – как чугунный монумент. «Первоначальный замысел» скульптора не охраняется законом. Более того, реализация в чугуне – документированная часть истории создания монумента (решения 1961-1963 гг.), придающая ему дополнительную мемориальную ценность.

Полагаю, что историко-культурная ценность неотделима от подлинности материала (это закреплено национальными стандартами реставрационной деятельности: ГОСТ Р 55528-2013, ГОСТ Р 56891.1-2016, ГОСТ Р 56891.4-2016, определяющими реставрацию как мероприятия на самом произведении с максимальным сохранением подлинного материала, а воссоздание – как изготовление копии утраченного произведения). Бронзовая отливка 2026-2027 гг., даже точная по форме, будет новоделом – муляжом на месте памятника; реестровый статус такого изделия ничтожен, что создаёт прямой путь к утрате городом и республикой объекта федерального значения.

Вдобавок полагаю, что техническая необходимость замены Памятника не доказана. Единственное приложенное металловедческое исследование (ЦНИИПСК, 4 фрагмента неустановленного происхождения) зафиксировало высокую прочность и незначительную коррозию; согласованный в 2023-2024 гг. проект АО «ТСНРУ» предусматривал полноценную реставрацию с сохранением оболочки.

Бремя доказывания невозможности реставрации лежит на стороне, предлагающей замену; такие доказательства (комплексная дефектоскопия, испытания, расчёты) в составе документации отсутствуют.

При этом судьба подлинника Памятника Салавату Юлаева проектом не решена, а «музеефикация» вынесена в отдельный, не существующий и не профинансированный проект. Демонтированная 40-тонная скульптура без определённого места хранения подвергается риску утраты (публично заявлено лишь, что «на прежнее место её не вернут»).

Постамент и курган также подвергаются не реставрации, а разборке с «воссозданием», что в совокупности с заменой скульптуры означает полную утрату подлинного ансамбля.

Таким образом, Акт ГИКЭ от 16.07.2026 содержит недостоверные сведения (искажение выводов Заключения №70-1673 АО «ЦНИИПСК им. Мельникова»), опирается на неутверждённую редакцию предмета охраны, выполнен без натурного осмотра и фотофиксации, без сведений об аттестации экспертов, в условиях конфликта интересов и за 11 дней.

Проект, получивший положительное заключение, предусматривает не сохранение, а замену объекта культурного наследия новоделом, что противоречит статьям 29, 33, 40, 44, 45, 47, 47.3 Федерального закона № 73-ФЗ и действующему предмету охраны.

Продолжение следует…