🔲 Пишут, что удары Украины по российской нефтяной инфраструктуре пока не дают ожидаемого эффекта, и могут даже увеличить доходы Москвы.

⚫️ Как объясняют коллеги, это связано с тем, что после налоговой реформы 2024 года российский бюджет получает основную часть этих поступлений через налог на добычу, который зависит от цены нефти на мировом рынке и объемов добычи, а не от экспорта. То есть деньги поступают в бюджет в момент извлечения нефти, даже если она не отправлена за рубеж.

◼️ На этом фоне удары по инфраструктуре сокращают предложение на мировом рынке и способствуют росту цен, в том числе и на российскую нефть. Из-за перебоев поставок и напряженности вокруг Ормузского пролива нефть уже превысила $100 за баррель, а средняя цена Urals в марте может быть на 50% выше февральской.

📌 В марте дополнительный доход может составить около $4,5 млрд, даже если будет зафиксировано падение экспорта. В итоге возникает обратный эффект: снижение физических поставок компенсируется ростом цен, а бюджет получает больше.

⚫️ Россия слишком крупный игрок, чтобы можно было бить её «изолированно», отмечают коллеги. Удары по инфраструктуре оказываются встроены в глобальную конъюнктуру, усиливают общий дефицит на фоне кризиса в Персидском заливе, и тем самым играют не против, а вместе с рынком. В результате локальная военная мера становится фактором глобального роста цен — и её эффект рассеивается. В условиях напряжённого рынка и геополитических рисков, удары могут не просто терять эффективность, а давать обратный результат.

🖋 БТ: Можем согласиться с мнением коллеги по части бюджетообразования. Но есть одно «но»: отгружая меньше нефти и нефтепродуктов на экспорт, пусть даже и по более высоким ценам, нефтяники продолжают недополучать прибыль, которая бы позволила покрывать затраты на добычу. В итоге издержки всё равно так или иначе будут компенсироваться из федерального бюджета. А также — ростом цен на внутреннем рынке.

📌 Впрочем, именно за нефтяников можно не переживать — они способны извлечь выгоду из любого дефицита, поскольку их зависимость от оптовых цен на топливо в этом случае снижается, а розничная цена остается на высоком уровне.

◼️ Введенный правительством в прошлом году механизм «демпфера» должен сдерживать цены на внутреннем рынке, компенсируя разницу между экспортными и внутренними ценами. Но в долгосрочной перспективе, если будет такая практика, то россияне окажутся заложниками крупных монополистов, и потом будут платить больше.

🖋В России вся жизнь — игра «башен Кремля». Башни Торчат