Как пишет переводчик книги Алексей Шестаков (чьи переводы для нас — всегда знак качества), курс этот «совпадает с одним из пиков исследовательской активности Фуко и отражает поворот основного направления его научных интересов от археологии дискурсивных формаций к генеалогии диспозитивов знания и власти. В период чтения этих лекций, в 1975 году, вышла в свет его книга „Надзирать и наказывать“, а год спустя — ещё одна, „Воля к знанию“, первый том задуманной им „Истории сексуальности“. Темы обеих книг звучат и в лекциях».
Отправной точкой для Фуко становятся тексты судебно-психиатрических экспертиз XIX и XX века. Философ обращает внимание на то, как посредством этих экспертиз смещается акцент «от поступка к поведению, от преступления к образу жизни», позволяя «представить образ жизни как нечто тождественное самому преступлению, только, так сказать, обобщённо выраженное в поведении индивида»:
...психиатрическая экспертиза позволяет сформировать этико-психологический дубликат преступления. То есть делегализовать правонарушение в том виде, в каком оно предусматривается законом, и выявить за ним его двойника, который похож на него как брат — или сестра, уж я не знаю, — и который, собственно говоря, представляет собой уже не правонарушение в юридическом смысле этого термина, а несоответствие некоторому числу физиологических, психологических, моральных и тому подобных правил.
Этот сдвиг влечёт формирование новой «нормализующей» власти, которой Фуко и посвящает своё исследование:
Произошел переход от юридической проблемы определения виновности к совершенно другой проблеме. Опасен ли индивид? Будет ли он восприимчив к уголовной санкции? Исправим или реабилитируем ли он? Тем, к чему должна будет отныне обращаться уголовная санкция, является не признанный ответственным субъект права, а некий элемент, коррелятивный технике отвода опасных индивидов, технике опеки над теми, кто восприимчив к уголовной санкции, нацеленной на их исправление и реадаптацию. Иными словами, заботу о преступном индивиде отныне берёт на себя техника нормализации. Именно этому замещению юридически ответственного индивида элементом, коррелятивным технике нормализации, именно этой трансформации и способствовала, наряду с многими другими средствами, психиатрическая экспертиза.
<...> Возникновение нормализующей власти, то, каким образом она сложилась, то, каким образом она сумела установиться, никогда не опираясь на один-единственный институт, но вводя в игру разные институты, и то, каким образом она распространила в нашем обществе своё господство, — вот что я хочу рассмотреть.