Весной впервые на русском вышли сборники двух выдающихся американских художественных критиков — Клемента Гринберга (редкая работа, посвященная модернизму, обходится без его упоминания) и Майкла Фрида. А совсем недавно серия «Классическое искусствознание» пополнилась переводом главного труда австрийца Алоиза Ригля — «Позднеримское художественное производство».
По выражению Ильи Доронченкова, выход этой книги «делает нашу страну причастной к длящемуся уже несколько десятилетий „риглевскому ренессансу“», выводящему искусствоведа из тени его знаменитого современника Генриха Вёльфлина.
Можно сказать, что и сама работа Ригля нацелена на закрытие лакун. В ней он обращается к «неизведанному материку на карте изучения истории искусства» — художественным памятникам IV—VIII веков, чья малая изученность диспропорциональна исторической важности периода:
Никто не будет оспаривать тот факт, что эпоха, искусство которой рассматривается в этом сочинении, относится к наиболее значительным периодам, зафиксированным до сих пор в мировой истории. Народы, которые более тысячелетия возглавляли всеобщее культурное движение человечества, вознамерились отказаться от этой роли, и их место заняли другие народы, названия которых за несколько столетий до этих событий даже едва ли были известны. [...] И это время потрясений, время разделения двух мировых эпох оставило нам воистину необозримое число художественных памятников, в большинстве случаев анонимных и недатированных, которые достоверно отражают весь неспокойный характер духовного состояния того времени.
Своей работой Ригль, помимо прочего, желает развеять два предрассудка.
Первый — распространённое в его время восприятие позднеримского искусства как упадочного. Ригль, полагавший, что «в процессе развития нет не только никаких шагов назад, но и никакой остановки, а напротив, всё неустанно движется вперёд», с одной стороны, пытается показать, как это искусство вытекает из античной классики и развивает её, а с другой, подчёркивает важность переходных периодов, чьи художественные установки могут противоречить нашим, и тем не менее быть необходимыми для их становления, что можно наблюдать и в других сферах:
Так, например, государство времен Диоклетиана и Константина решающим образом подготовило почву для современной эмансипации индивидуума в рамках всего человечества, хотя внешняя деспотическая форма правления, по сравнению с афинской во времена Перикла или римской во времена республики, вызывает у нас скорее неприятие.
Другим предрассудком, на взгляд Ригля, является пренебрежение исследователей прикладным искусством (которому в книге отведён самый большой раздел). Автор считает, что, в отличие от живописи и скульптуры, в нефигуративном прикладном искусстве, как и в архитектуре, мы не отвлекаемся от собственно изобразительно-художественного, и «важнейшие законы художественной воли» обнаруживают себя здесь «с почти математической точностью».
Нам же остаётся добавить, что один из возможных путей к неизведанному материку лежит через наш сайт и магазин на «Авито».