Об этом (и многом-многом другом) в своей новой книге-мозаике рассказывает художественный критик, публицист, писатель Флориан Иллиес, автор «Лета целого века»:
Тридцать первого января 1937 года молодой ирландский писатель Сэмюэль Беккет приезжает в Дрезден и идёт во дворец „Секундогенитур“ на террасе Брюля, в котором располагается музей искусства XIX века. Он записывает в дневнике: „Каспар Давид Фридрих. Целый зал“. Да, в ХХ веке Фридрих действительно нашёл своего почитателя. Беккет пишет, что ещё раз сходил в этот тихий, сумрачный музей 14 февраля 1937 года, ровно за восемь лет до ужасной, трагической бомбардировки Дрездена: „Фридрих. В его пейзажах замечательная любовь к двум маленьким, усталым людям, например, на лунном пейзаже, единственная приемлемая форма романтизма: всё в миноре“.
И только в 1970-е годы Беккет расскажет в интервью журналистке Руби Кон, что тот день был первым импульсом для „В ожидании Годо“: „This was the source for Waiting for Godot, you know“. Дерево в первой версии авторских ремарок к пьесе — это дерево Каспара Давида Фридриха: „Просёлочная дорога. Дерево. Вечер“. Парадокс в том, что Беккет раскрывает свой тайный источник вдохновения, стоя перед картиной Фридриха „Мужчина и женщина, созерцающие луну“ в Старой национальной галерее в Берлине. Эта картина — вариация первой дрезденской версии, одна из мужских фигур в ней заменена на женскую. Беккет очевидно недоумевает, откуда на картине в Берлине взялась какая-то женщина. Вероятно, растерянность из-за того, что как бы знакомая картина не соответствует его воспоминаниям, и является истинной причиной обязательного по сей день распоряжения из завещания Беккета: обе главные роли в пьесе „В ожидании Годо“ должны играть только мужчины.
Купить книгу «Магия тишины. Путешествие Каспара Давида Фридриха сквозь время», выпущенную к 250-летию со дня рождения художника, можно на нашем сайте и в магазине на «Авито».