Мальчишка не смеет отвести взгляд, вскрикнуть. Воздух царапает ему горло. Он застыл, продолжая смотреть.

Нос не то срезан, не то вдавлен с хрящом во внутреннюю полость. Вместо него неровная впадина, забитая сгустками крови. Багровая, уже подсыхающая жидкость разлита вокруг. А на «лице» засыхает первая корочка.

Первое желание, вывернуть содержимое желудка. Его мутит, рот наполняется слюной. Но он сглатывает раз за разом, давится этим комком, пока тот не оседает глубже, не растворяется где-то под рёбрами. Под конец, он всё же стыдливо отводит голубые глазёнки от трупы. Две пустые белёсые каймы уставились в ноги. В них не читается ужаса, страха или трепета.
Бессердечное принятие « Не человек — просто тело».
Больше не имеющее право на мысли, разум и сознание.
Барсад не помнит, сколько простоял над телом неизвестного, но вышел на улицы крупнее он только под утро.