Последний вдох
G
Завершён
0
Автор: polina3321
Фэндом: Отель Хазбин
Пэйринг и персонажи: ОМП, Сергей, Сергей (Олененок при жизни)
Размер: 3 страницы, 1 250 слов, 1 часть
Дата завершения: 10.08.2026
Метки:
AU
Драма
Повседневность
Частично сгенерировано ИИ
Упоминания смертей
Мысли о сам*убийстве
Спойлеры Смерть основных персонажей
Описание последних дней жизни Сергея и его смерть. Сергей является версией "при жизни" моего фаноса Олененка.

Сергей шёл по парку, опустив голову, глядя под ноги. Несмотря на плохой слух, его раздражал каждый звук. Машины, собаки, смех, разговоры.

Он чувствовал себя призраком. Люди казалось не замечали его, как и всегда. Пары держались за руки, смеялись, обсуждали планы на вечер, на выходные, на жизнь.

Как же раздражает их шум, — пронеслось у него в голове. Он достал наушники дрожащими руками, желая скорее прекратить это издевательство.

Он шёл дальше, стараясь не смотреть по сторонам. Но взгляд его то и дело цеплялся за других людей.
Дети смеялись и бегали друг за другом, кто-то кормил голубей, две девушки сидели на лавочке и громко обсуждали какую-то историю, сопровождая её звонким смехом.

Сергей внезапно почувствовал пустоту в груди. Он не помнил, когда в последний раз так смеялся. Наверное поэтому его так раздражали люди..
Они напоминали ему о том, чего у него нет.

Он свернул за угол, шагая в сторону небольшого магазинчика, как вдруг его взгляд наткнулся на маленькое существо. На траве, в паре метров от него, сидел крошечный щенок на поводке рядом с хозяином.

Сердце Сергея на секунду остановилось, а затем бешено забилось, посылая в кровь липкий, животный холод. Страх.

Он резко остановился. Его дыхание перехватило, и он сделал широкий шаг в сторону, буквально вжимаясь спиной в стену здания, обходя щенка по огромной дуге. Он старался не смотреть на него, зная, что, стоит ему встретиться с ним взглядом, паника станет неконтролируемой.

Щенок, казалось, даже не заметил его, просто виляя хвостом и рассматривая пролетающих мимо голубей. Но Сергей уже чувствовал, как по его телу пробегает дрожь. Он ускорил шаг и, наконец, скрылся за дверью продуктового магазина.

Внутри было спокойно и тихо. Он медленно прошёл вдоль полок, взял с ближайшего стеллажа пачку острых сухариков и плитку молочного шоколада. Он смотрел на них, и в его глазах появилась секундная радость. Еда, вкус, текстура, музыка – это было то, что ещё могло дать ему ощущение реальности.

Вернувшись домой, он снял свою любимую кофту, обувь и пошел к дивану.

Комната встретила его своей привычной атмосферой. С одной стороны, здесь было уютно: на стенах висели его собственные рисунки — яркие, детские, наивные, на диване лежала огромная коллекция мягких игрушек, многие сшиты им самим, на полу пушистый ковёр. Светлые обои, на подоконнике игрушки и книги.

С другой стороны, здесь царил хаос: стол был завален упаковками от еды, фантиками, бумагами и другими предметами. Одежда могла валяться прямо на полу или на спинке стула. И тот пушистый ковёр был ужасно грязным, по ощущениям, его не убирали минимум пару месяцев.

Вещи лежали везде где только можно было и нельзя. Пустое пространство было наверное только в паре мест на ковре, чтобы можно было пройти, и на потолке.

В шкафах не было свободного местечка. Все было забито одеждой, тканями, книгами, тетрадями и прочим.

Иногда это забитое пространство его раздражало, ведь буквально некуда было положить вещи. Но с другой стороны, это отсутствие пустоты, его успокаивает.

Возможно, так он пытался заполнить внутреннюю пустоту и отсутствие людей в его жизни.

Сергей рухнул прямо на диван, заваленный одеждой, в маленькое свободное место между подушками и мягкими игрушками. Он включил на телефоне самую громкую, самую агрессивную музыку, какую только мог найти, чтобы перекрыть тишину в своей голове. Музыка ворвалась в комнату, создавая искусственный шумовой барьер.

Он разорвал пачку сухариков и отправил один из них в рот. На мгновение ему показалось, что он стал чуточку живее. Он жевал сухарики, смотря в пустоту, и постепенно кусочки шоколада сменяли солёный вкус сладостью, и это маленькое, почти незаметное удовольствие, было единственным, что держало его на плаву.

Доев, он тяжело вздохнул. Музыка всё ещё гремела из динамиков, как только он выключил её, наступила пугающая, давящая тишина. Он потянулся за потрёпанным, исписанным блокнотом, который лежал на столике у дивана. Дневник..

Он открыл его на чистой странице и постучал кончиком ручки несколько раз по бумаге, собираясь с мыслями. В его голове звучали слова, которые он писал снова и снова, но сегодня они казались особенно тяжёлыми, окончательными. Он начал писать.

«Дорогой дневник... Уже который месяц я чувствую себя как в тумане. Ничто не приносит радости. Я не вижу смысла жить. Все меня бросают. Я никому не нужен. Я не могу нормально работать, не могу сосредоточиться ни на чём. Зачем мне оставаться здесь? Может быть, лучше, если я исчезну... Меня всё равно никто не видит...»

Рука дрогнула, и он остановился. Он перечитал написанное несколько раз, и его лицо оставалось пустым. Не было ни слёз, ни злости. Только апатия. Он закрыл дневник и отложил его в сторону. Он натянул на себя мягкий, пушистый плед, обнимая ближайшую мягкую игрушку. Свет от ночника мягко освещал комнату, отбрасывая длинные тени на стены. Он лежал, глядя в потолок, слыша только стук собственного сердца и тихое гудение лампочки. Время текло медленно, как густая смола.

Прошло, наверное, около часа. Вдруг он медленно сел. В его глазах не было слёз, но и надежды тоже. Он снова взял дневник и, не раздумывая, написал в самом низу страницы:

«Что ж... Наверное, завтра всё закончится. Я не хочу больше здесь оставаться...»

---

На следующее утро в комнату пробился солнечный свет, но он казался чужим, неживым. Сергей проснулся, не чувствуя ни бодрости, ни усталости. Он встал и методично, почти автоматически оделся. Надел свою любимую, уже слегка выцветшую тёмную кофту и свободные мешковатые темные штаны.

Он подошёл к полке, где сидели его мягкие игрушки, и аккуратно взял одну из них — маленького, потрёпанного зайца. Нежно поцеловал в мягкую макушку. Затем обвёл взглядом комнату. Рисунки на стенах, беспорядок, ночник.. Он поднял руку и молча помахал комнате, словно прощаясь со старым другом.

Закрывая за собой дверь, он не взял с собой ни телефона, ни кошелька. Только себя..

Улица была залита ярким, почти праздничным солнечным светом. Он резал глаза, напоминая о том, что мир продолжает жить без него и никому не будет дела до его исчезновения.
Люди улыбались, дети бегали, продавцы на улице зазывали покупателей. Все были частью этой живой, тёплой картины. Кроме него.

Он шёл натянув капюшон на голову, скрывая лицо. Никто не замечал его. Никто не останавливался взглядом на парне, который двигался словно тень. Дошёл к мосту через реку. Вода была тёмной и спокойной. Он встал у перил, глядя на волны. Проходящие мимо люди думали, что он просто любуется видом. Никто не знал, что он считает секунды.

Несколько минут, он бесцельно ходил вдоль ограждения, проверяя, нет ли поблизости кого-то, кто мог бы его остановить. Убедившись, что никого нет, он замер. Затем медленно, почти невесомо, он перелез через перила. В его глазах не было страха. Была только та самая пустота, которая преследовала его последние месяцы.

В тот момент, когда он повис на перилах, его руки слегка дрогнули. Ключи — маленькие, знакомые, привычные ключи от его комнаты — выскользнули из кармана и, звякнув, упали в воду. Они утонули, образовав на поверхности воды круги, которые быстро исчезли. Сергей смотрел, как они исчезают, и это показалось ему окончательным символом.

Парень закрыл голубые глаза. И отпустил перила.

Полет. Свист ветра в ушах. А затем — резкий, обжигающий холод воды. Она сомкнулась над ним мгновенно, окружив его плотной, непроглядной темнотой. Ледяная вода проникла под одежду, обжигая кожу, и Сергей почувствовал, как лёгкие сжались от холода.