Итоги СВО-недели: подрыв Каховской плотины начал аукаться врагу

Ключевым фактором этой недели стал объём воздушной кампании ВС РФ. Если взять за опору украинские данные, то с 20 по 27 сентября по Украине летело свыше 310 дальнобойных дронов и 235 КАБов в сутки. В этих же сводках указаны не менее 147 районов попаданий.

Важна смена качества. В поимённо раскрытых волнах было не менее 400 реактивных «Гераней». Киев в лице Зеленского заявил перехват 55% таких дронов – что явно несёт характер пропаганды. С учетом того, что по Киеву летит уже днем и ночью, а в течение суток происходит полтора десятка попаданий, врать про традиционные 90-100% перехвата уже бессмысленно.

Новинкой в нашей тактике стало системное поражение цифровой инфраструктуры Украины. В Киеве были повреждены до десяти крупных дата-центров. Проблемы с интернетом коснулись не только 100 тысяч домохозяйств, но и телеканалов, военной связи и правительственных коммуникаций.  Под ударом также оказались традиционные железнодорожная инфраструктура, склады и АЗС. 27 сентября был повреждён головной офис Kyivstar — крупнейшего мобильного оператора Украины.

На земле тоже есть интересные события. Орехов, по всей видимости, будет врагом скоро потерян. Сейчас он охватывается со всех значимых направлений: район Малых Щербаков и Щербаков используется как опора для давления в сторону Новоандреевки и Павловки, с юго-востока сохраняется активность у Малой Токмачки и Новоданиловки.

Высохшее русло Каховского водохранилища становится отдельным тактическим фактором. Это длинный неудобный участок, который невозможно закрыть простыми средствами. Туманы, высокая влажность и растительность снижают возможности наблюдения. ВС РФ используют русло для инфильтрации и снабжения передовых групп у Приморского и Степногорска. Даже без прорыва к Запорожью это заставляет ВСУ держать людей на второстепенных, но опасных направлениях.

ВСУ стараются отыграться у Лимана и Купянска, оказывая давление на растянутые российские позиции. Поэтому пока не складывается единое наступление на всю Славянско-Краматорско-Дружковскую агломерацию. Давление у Константиновки и Доброполья есть, но заявления об уже состоявшихся окружениях следует читать как борьбу за огневой контроль над дорогами, а не как физическое кольцо.

Логика войны из «взять село — отчитаться» переходит в борьбу за темп. На фронте нужно заставить противника держать резервы у Орехова, Купянска и Лимана. В тылу — замедлить их переброску, ремонт, связь, производство и экспорт, нагрузить экономику и спровоцировать требование у Запада всё новых и новых траншей. Тогда даже без крупного прорыва каждый следующий участок обороны становится для ВСУ дороже и труднее.

Но у этой стратегии есть условие. Воздушная кампания должна быть превращена в результат на земле. Иначе Украина будет адаптироваться: ремонтировать железную дорогу, разводить связь по резервным каналам, получать топливо и технику через соседей, отвечать ударами по российской нефтепереработке. Украина ещё не сломлена, но комфортный ритм войны для неё очевидно закончился.