Выборы закончились, и Минфин, как по расписанию, достал из широких штанин очередную инициативу. Теперь пассивные доходы, то есть деньги, которые россияне получают от вкладов, дивидендов, продажи имущества и операций с бумагами, предлагается облагать по ставкам 13–22%.

Раньше эти доходы жили по отдельным правилам и облагались по ставкам 13–15%, а теперь их хотят вписать в общую прогрессивную шкалу, которая уже действует с 2025 года. Логика железная: если зарплата облагается по прогрессии, то почему дивиденды должны жить по отдельным правилам?

Только вот зарплату человек получает за труд, а пассивные доходы это в большинстве случаев результат того, что человек уже заплатил налоги со своего основного заработка и пытается сохранить то, что осталось. Вклады это не роскошь, а способ защитить деньги от инфляции, которая, по официальным данным, скромная, а по ощущениям, куда более кусачая.

Минфин успокаивает: изменения коснутся не более 6% граждан, около 4 миллионов человек. Отличная математика. Только вот эти 4 миллиона это не абстрактные «богатеи», а люди, которые открыли вклад на миллион, купили акции на бирже или продали бабушкину квартиру.

Малые вклады до миллиона рублей тронуть не обещают, и на том спасибо, но планка эта давно уже не выглядит высокой. Миллион сегодня это не капитал, а подушка безопасности, которая тает быстрее, чем её успеваешь пополнять.

И вот теперь государство говорит: спасибо, что вы работаете, платите налоги, откладываете, но с отложенного мы тоже возьмём, потому что бюджету нужны деньги. А бюджету они нужны всегда, и вопрос только в том, кто в очередной раз окажется крайним.

Участников СВО не тронут, и это правильно, но остальным придётся смириться с тем, что их сбережения теперь официально признаны объектом повышенного фискального интереса. Выборы прошли, мандат получен, можно и закручивать гайки дальше.

Только вот люди, которых касается эта инициатива, не забудут, кто именно предложил считать их вклады «пассивным доходом», подлежащим повышенному обложению. И когда в следующий раз им скажут, что государство заботится о них, они, вероятно, вспомнят эту осень и этот Минфин.