🟥 Журналист Дмитрий Дризе обращает внимание на любопытное совпадение в подходах европейских правых к войне в Украине: вместо дальнейшей эскалации – большая международная конференция.

☑️ «Что же делать? Всех мирить. В этом позиции Ле Пен совпадают с подходами Дональда Трампа и немецкой коллеги из „Альтернативы для Германии“ Алисы Вайдель. Нужно провести большую мирную конференцию, пригласить Россию, Китай и страны глобального Юга. Всех выслушать и принять важное решение, которое устроит всех».

◼️ Самая очевидная параллель – Русско-турецкая война 1877–1878 годов. Россия выиграла войну и в марте 1878 года заключила чрезвычайно выгодный для себя Сан-Стефанский мир. Однако такой передел Балкан не устраивал прежде всего Великобританию и Австро-Венгрию. Под угрозой нового большого европейского конфликта вопрос вынесли на Берлинский конгресс. Председательствовал на нём Отто фон Бисмарк, объявивший себя «честным маклером».

◼️ В Берлине Сан-Стефанский мир существенно перекроили. Большую Болгарию разделили, российское влияние на Балканах ограничили. Австро-Венгрия получила право оккупировать и управлять Боснией и Герцеговиной. Британия ещё накануне конгресса договорилась с Османской империей об оккупации и управлении Кипром. Независимость Сербии, Черногории и Румынии была признана, а Россия сохранила малую часть своих приобретений (так и напрашиваются аллюзии с Донбассом).

◼️ Бисмарк при этом оказался в наиболее удобной роли. Россия заплатила за победу кровью и деньгами, а окончательные условия определялись уже не только ею, а всем концертом великих держав.

◼️ Поэтому идея новой «большой мирной конференции» невольно вызывает ассоциацию с Берлином 1878 года. Только на роль главного посредника сегодня претендуют Соединённые Штаты.

◼️И вот здесь для нас главный риск: условия «большой сделки» пишут многие, а Россия одна платит за всех. Как мы писали, многополярный мир, которого Путин добивался двадцать лет, действительно наступил – только оказалось, что наличие нескольких центров силы вовсе не гарантирует России места среди них. А западные правые, которых у нас записывают в «друзья России», при дележе будут прежде всего торговаться за себя. В большой политике дружба заканчивается там, где начинается торг.