О текущем внутриполитическом моменте. Часть вторая

Первая часть здесь.

Есть и другие темы. Например, с учетом возможного существенного расширения территории России за счет концепции «нового СССР», речь может идти о предоставлении гражданства новой страны. Также, возможно, на новом концептуальном уровне надо утрясти вопрос с правопреемственностью России как продолжательницы СССР. В этом плане весьма интересным было выступление на Петербургском юридическом форуме советника президента Антона Кобякова, который прямым текстом сказал, что СССР был распущен незаконно, а значит, текущий украинский кризис, как, соответственно, и все происходящее на постсоветском пространстве, – это внутренний эксцесс.

Но важно и другое. В ходе СВО российское общество серьезно мобилизовалось. До такой степени сжатия как в годы Великой Отечественной войны дело, конечно, не дошло, но практика показала, что потенциал мобилизации в России огромен. И этот ресурс духовно-моральной мобилизации необходимо поддерживать. И референдум по внесению изменений в Конституцию или принятие новой Конституции будет именно такой формой мобилизации масс и элит.

Кроме того – подтверждением и легитимацией действий российской власти не только в условиях СВО, но и на перспективу 2030-2040 годов. А логически за собой такая важная содержательная тема ставит вопрос и о том, какая группа влияния это будет осуществлять, т.е. об организации процесса. И тут мы выходим к теме 2030 года, кто и как физически будет реально осуществлять продолжение курса В.Путина и теме Госсовета.

Тема Госсовета проливает свет на другой важный аспект – сохранения преемственности нынешнего курса. Не секрет, что демократия во всех странах мира обеспечивается тем, что власть более или менее равномерно распределена между несколькими кланами или группами влияния. И Россия – не исключение. Многие эксперты воспринимают тему Госсовета исключительно в рамках того подхода, что он нужен В.Путину для пролонгации своего статуса в системе или сохранения некоторых важных властных полномочий за собой после того, как на его место придет преемник.

Однако это только один аспект, пусть и важный. Второй, не менее, а возможно, и более важный аспект состоит в том, чтобы сделать Госсовет той структурой, в которой будут более или менее равномерно представлены все действующие группы влияния сообразно степени их влиятельности и вкладу в общее дело. И это должно максимально исключить вероятность появления некоторые вредных и взрывных сценариев развития событий в России или межклановой борьбы. В этом плане Госсовет – это не столько место для усиления единоличной власти, сколько пространство для мирного и продуктивного на благо всей страны решения вопросов между наиболее влиятельными и ресурсными группами в стране.

Не зря коллеги пишут: «В условиях перегрузки Системы чередой бесконечных совещаний и согласований, личная гвардия президента предлагает вернуться к обсуждению роли Государственного Совета, не только как совещательного органа, но и как органа стратегического планирования, обладающего прописанными в Конституции полномочиями исполнительной власти.

С 2024 года Управлением по вопросам формирования и деятельности Госсовета в АП руководит давний соратник Андрея Белоусова Александр Симоненко, секретарем Госсовета назначен Алексей Дюмин. При внесении поправок в Конституцию, глава Комиссии Госсовета по обороне в лице Андрея Белоусова получит исключительные возможности по сквозной интеграции экономической и политической жизни в концепцию традиционного служения Отечеству».

Но, как и по первому вопросу, и по этому вопросу существуют разные мнения элитных кланов. И, естественно, зарождающейся путинской группе «космонавтов», о необходимости которой я писал, например, на ИА REGNUM еще с 2016 года, предстоит серьезная идеологическая и, главное, аппаратная борьба за претворение в жизнь именно своих идей.

Окончание следует…