🇲🇪 Надо понимать, что Черногорская православная церковь не просто не является канонической церковью. По сути, это структура, в свое время зарегистрированная Мило Джукановичем как некоммерческая организация (!) с целью снижения влияния в регионе единственно признанной Сербской православной церкви и изъятия ее имущества.

Основателя ЧПЦ митрополита Михаила, которому вчера вынесли «вотум недоверия», на самом деле зовут Мираш Дедеич. Он окончил Папский восточный институт в Риме и изначально симпатизировал грекокатоличеству. Однако экс-президенту Черногории, который сделал создание независимой от Белграда церкви во главе с «истинно черногорским митрополитом» частью своей политической программы еще в конце 90-х, была нужна не уния с Ватиканом, а собственная «карманная» церковь. Поэтому в 1998 году при поддержке властей в Черногории была создана НКО (да-да, это действительно просто НКО) под названием «Черногорская православная церковь». Причем ни в одной канонической православной церкви не нашлось иерарха, который согласился бы произвести Дедеича в сан митрополита. Сделал это в итоге Альтернативный Синод Болгарской православный церкви, тоже никем не признанный.

На протяжении десятилетий Джуканович обещал вернуть черногорцам их «истинную» церковь. Громкие заявления лидера страны отражались и в действиях местных властей. Летом 2018 года почти 50 священнослужителей Сербской православной церкви остались без разрешения на дальнейшее пребывание в Черногории, 30 из них беспардонно депортировали из страны. Весной 2019 года решили снести крестильню митрополии Черногорско-Приморской СПЦ, построенную на берегу живописного Тиватского залива рядом со средневековым монастырем Святого Архангела Михаила. Начались обсуждения законопроекта о свободе вероисповедания, согласно которому все религиозные объекты, построенные до 1 декабря 1918 года, а также церковные земли на территории страны становятся собственностью государства.

Напряжение росло, и летом 2019 года СПЦ обнародовала на своем сайте письмо патриарха Варфоломея президенту Черногории, в котором утверждалось, что Черногорская православная церковь никогда не была автокефальной и что Константинопольская патриархия признает в Черногории только митрополита Амфилохия (который, кстати, уже тогда был неугоден властям и ее западным покровителям, так как не раз публично выступил против вступления Черногории в НАТО).

Не желая раздувать конфликт, администрация президента решила сделать вид, что не получала письмо, и продолжила обсуждения законопроекта. При этом в нем было несколько весьма странных, на первый взгляд, пунктов. Например, запрещалось использовать религиозные чувства в политических целях, за что грозило административное наказание — штраф до 20 тысяч евро. Кто и по каким критериям будет выявлять «религиозные чувства» — в законе не оговорили.

Также в названии религиозной организации не должно было фигурировать обозначение другого государства (то есть единственная признанная православная церковь Черногории не могла больше быть «cербской»). Но больше всего верующих Черногории конечно смутило то, что главные святыни православной церкви, излюбленные места паломничества верующих со всего мира — монастырь Рождества Пресвятой Богородицы в Цетинье и расположенный на высоте около 900 км над уровнем моря монастырь Острог — должны были перейти под юрисдикцию некоммерческой организации. Фактически власти отменяли свое же решение 2006 года — тогда правительство утвердило неприкосновенность имущества Сербской православной церкви на территории страны — и намеревались отнять у СПЦ храмы и монастыри с последующей передачей их непризнанной Черногорской автокефальной церкви.

@balkanossiper — задаём мировые тренды с 28 июня 1914 года