Восемьдесят лет назад, 1 августа 1944 года, началось варшавское восстание. История восстания могла бы завершиться совсем иначе, если бы не фатальные ошибки его руководителей. Ошибки в управлении, аналогичные тем, что совершаем мы сами (реже, вроде бы) и наши коллеги (чаще, конечно же!), находясь на ответственных постах в крупных компаниях.

Поэтому предлагаю взять обзорную статью уважаемого Алексея Исаева, написанную им к восьмидесятилетию восстания, и посмотреть на историческое событие сквозь призму менеджмента. Ибо варшавское восстание – это практически эталонный fuck up кейс, и lessons learned’ов от его разбора хватит на много поколений менеджеров.

Важно сразу договориться, что варшавское восстание – это не продукт, а проект. Не только из здравого смысла, но даже чисто формально, поскольку:

– имеется ограниченный ресурс (численность подразделений АК – Армии Крайовой, их вооружение);
– также есть ограничение по времени (временной интервал от ухода немцев до подхода Красной Армии);
– определён скоуп (захват Варшавы и её удержание).

А также есть комитет по управлению проектом (совещание командующих АК), его председатель с правом принятия единоличного решения (Тадеуш Комаровский), и очень важный стейкхолдер – подразделения Красной Армии, ведущие бои на востоке от города, за Вислой. Ещё есть план – как артефакт проекта, и процессы управления рисками и коммуникациями.

Проект изначально высокорисковый – ресурсов для его успешной реализации у восставших при наличии немецкого гарнизона было недостаточно. Риски после приведения немецкого гарнизона в боевую готовность увеличились, а затем ещё увеличились кратно с прибытием под Варшаву немецких резервов, что сделало проект в тех условиях практически невыполнимым. Несмотря на проголосовавший «против» комитет по управлению проектом Тадеуш Комаровский единолично принимает решение о его старте.

Старт проекта ознаменовался отсутствием коммуникации со стейкхолдером в виде Красной Армии, и в целом по ходу реализации проекта коммуникации были провалены как внутри проекта (ограниченное использование радио и подземных коммуникаций во время боёв), так и со стейкхолдерами.

План восставших оказался неадекватным обстановке. Ключевые майлстоуны, достижение которых могло бы показать прогресс проекта, в виде захваченных мостов через Вислу и/или аэродрома, не были достигнуты никогда.

Итогом авантюризма позиции топ-менеджеров «мы в проект верим» и надежды, что «высокомотивированные исполнители вывезут» стала катастрофа: сотни тысяч погибших, стёртая с лица земли Варшава. И, как вишенка на торте, появление мифа, что «Красная Армия могла, но не захотела». Увы, не могла. Sad but true.