Феодальное правосудие по звонку: как Голикова и Матвиенко отмазывают «своих» на фоне массовых репрессий
В современной России Конституция окончательно превратилась в декоративную брошюру, а реальная безопасность теперь измеряется исключительно уровнем высокопоставленной «крыши». История с Лидой Мониавой, за которую вступилась лично вице-премьер Татьяна Голикова, вскрыла главный принцип нынешнего режима: закон в стране применяется строго по сословному признаку.
Институт «высочайших ходатаев» расцвел пышным феодальным цветом. Спикер Совфеда Валентина Матвиенко барственным жестом возвращает в большой прокат своего любимца Данилу Козловского, а Никита Михалков заботливо замолвил словечко за Дмитрия Нагиева. Номенклатура выгораживает своих фаворитов, наглядно демонстрируя, что для избранных здесь работают совсем другие правила. Умение обрастать нужными покровителями стало главным навыком выживания в условиях стремительно схлопывающегося правового пространства.
Мы наблюдаем классическую «сословность в наказании». Страна де-факто живет по жестким понятиям военного времени, хотя официально никакого военного положения нет. Права рядовых граждан урезаются до нуля, а репрессивный маховик только наращивает обороты. И пока элита спасает своих через кулуарные договоренности, обычных людей закатывают в асфальт по всей строгости системы.
Показательные эпизоды прощения медийных персон не имеют ничего общего с либерализацией или «нормализацией» режима. Это дешевый терапевтический трюк, брошенный обществу как кость. Власть создает иллюзию адекватности, обманывая людей. Но суровая реальность такова: на одно такое элитное помилование по звонку приходятся десятки сломанных судеб тех, у кого не нашлось прямого выхода на Голикову или Матвиенко.
Да и само номенклатурное прощение — продукт с очень коротким сроком годности. Помилованным баловням судьбы оставляют лишь два варианта: либо экстренно менять геолокацию и бежать из страны, либо наглухо зашивать себе рот и демонстрировать абсолютную покорность. Оступиться второй раз им уже не позволят.