Мой друг Гаяз

1905 год, подорвавший устои царского режима, дал начало движению за свободу и освобождение от притеснений в восточных провинциях Российской империи, особенно среди угнетённых народов тюрков, как в исламском мире, так и на территории России. В бурные годы этого периода Гаяз Исхаки был вовлечён в каждую группу, боровшуюся против царизма. Он находился в рядах тех, кто стремился ударить по корням царизма. С газетой «Таң йолдызы», основанной в этот период, он, описывая в своей драме «Зөләйха» разные виды угнетения и ограничений — как материальных, так и духовных, — разжигал огонь против царизма, стремящегося всеми средствами принудить мусульман к христианизации и ассимилировать тюрко-татар. За это его преследовали, ссылали и заключали в тюрьмы. Аресты, ссылки, побеги из тюрем и ссылок, многолетняя подпольная деятельность стали для Гаяза обычным делом. Последний раз он был арестован в Петербурге и сослан в самые отдалённые уголки Архангельской губернии.

Свой политический стаж Гаяз Исхаки, по его собственным словам, прошёл в «самой яркой школе» — тюрьмах. Именно там он воспитывал себя, постоянно читая книги и наблюдая своими глазами трагедии жизни, вырастая в пылкого революционера, писателя и борца.

Хотя юбилей 300-летия дома Романовых в 1913 году принёс ему свободу, но только с одним условием: ему запрещалось возвращаться в Казань. Поэтому в целях продолжения борьбы, когда он приезжал в Казань, он выходил на улицы только по ночам. Лишь в 1917 году, после свержения царя, он смог вернуться в Казань открыто, и его, как героя-писателя, встречали радостные толпы людей, предлагая ему хлеб и соль в традициях древних тюрков.

В 1917 году, в самый драматичный год борьбы тюркских народов, Гаяз Исхаки поддерживал радикальные идеи в своей газете «Ил», издаваемой в Москве. На Всесоюзном мусульманском конгрессе, собравшемся в мае того же года, он также поддержал радикальные социальные устремления, находясь в священных отношениях с теми, кто выступал против консерватизма и пассивности.

После свержения царизма и открывшихся перед тюркскими народами горизонтов свободы и независимости, пришедшие к власти большевики вновь закрыли эти возможности. В этот период усилиями Гаяза Исхаки было организовано Идель-Уральское автономное государство, которое вскоре было захвачено большевиками.

После этого, вместе с другими соратниками, Исхаки через Сибирь и Дальний Восток отправился в Европу, где участвовал в национально-освободительном фронте «Прометей», организованном российскими эмигрантами. В это время он также активно участвовал в революционных движениях тюркских народов, придавая им свой темперамент и решительность. В эмиграции он основал газеты и журналы «Милли юл» («Новый национальный путь») и «Милли байрак», где на протяжении многих лет защищал идею Идель-Урала. Кроме того, в эмиграции он создал брошюру, освещающую основные положения идеи Идель-Урала.

До последних дней своей жизни Гаяз Исхаки оставался активным деятелем, защищая свои идеалы и интересы тюркского народа с огромным рвением. Он был признанным лидером тюрко-татар, основного народа Идель-Урала, известным на международной арене.

Гаяз Исхаки, один из выдающихся борцов против царизма и большевизма, был уникальной личностью среди тюркских мухаджиров по уровню способностей и масштабам деятельности. Исследователи его жизни видят его то в Париже, то в Токио, то в Лондоне, то в Маньчжурии и Пекине, то в Ватикане или в Иерусалиме, то на исламских конгрессах — он был в постоянном движении и активности. В нём была неиссякаемая энергия и непреклонная вера.

Гаяз был символом оптимизма, надежды и действия. Я встретил его впервые в 1911 году. Тогда Исхаки, скрываясь от царских агентов, жил в Стамбуле под псевдонимом. Я помню пресс-конференцию, которую он провёл о татарской литературной жизни. Заканчивая свою характеристику казанской литературы того времени, он сказал: «Жизнь, жизнь, жизнь!» В 1919 году в Баку, в журнале «Помощь братьям», Гаяз Исхаки опубликовал статью под названием «Вечная жизнь». Идея, что в движении есть сила, была центральной в его жизни и творчестве.