Отчет от Юлии Судьиной по кампании "Гробницы аннигиляции"

Безмолвная гладь моря вздрогнула. Лёгкая рябь разбежалась концентрическими кругами на мили вокруг. Мёртвый штиль, державший воды в плену последние несколько недель, был разрушен. Корабль слегка качнулся. Жалобно лязгнул такелаж. С вороньего гнезда срывающийся голос забил тревогу. Но было уже слишком поздно. Море вмиг вспенилось и налилось чудовищной силой. Гул сотряс небеса. Из бурлящего жерла начала подниматься гора. Тёмная, могущественная, заслонившая собой свет солнца. Потоки воды водопадами низвергались с её склонов. Но это была вовсе не гора, нет. То был панцирь монстра. Панцирь, испещрённый глубокими трещинами, поросший кораллами и многовековым слоем ила.

Затем из пучины показалась голова. Веки медленно открылись, и в мутных глазах не было ни злобы, ни ярости. В них читался только древний всепоглощающий голод, перед которым жалкая возня людишек была не страшнее кругов на воде. Колоссальная черепаха двинулась вперёд. Вода расступалась под её массивным напором, грозясь вот-вот обрушиться и смыть корабль в преисподнюю.

Матросы на палубе не смели даже пошевелиться. Кровь схлынула с лиц, и сейчас они больше походили на восковые статуи. Крик застревал в глотках, вырываясь лишь сиплым шёпотом. Грудь сдавливало ледяными тисками, воздух словно загустел от всепоглощающего страха. Когда первое оцепенение спало, пришло осознание. Осознание неминуемой погибели. Многие ринулись врассыпную в надежде избежать кары хранителя морской пучины. Но были и те, кто принял участь, падая на колени и склоняя головы в беззвучных судорожных молитвах. Боги не спасут их от гнева самой природы.

Медная обшивка хрустнула, дерево жалобно взвизгнуло и рассыпалось в мелкие щепки. В мгновение ока в бездонной пасти исчезла половина судна. Роговой клюв медленно раскрылся вновь. Исполинский чёрный коготь, обрамлённый острыми как лезвие гильотины краями. Мачты, лопаясь как спички, падали в воду. Крики оборвались так же внезапно, как и начались. Вся эта чудовищная в своей неспешности и неотвратимости картина продолжилась в гробовом молчании, нарушаемом только хрустом смыкающихся челюстей над остатками корабля.

Резкая судорога прошибла всё тело, выдёргивая из глубокого сна. Кошмар. Всего лишь ночной кошмар, не более. Порт Ньянзару освещала луна. Тихая спокойная ночь, окутанная лёгкой дымкой и стрекотом насекомых. До рассвета ещё несколько часов, есть время для короткой прогулки. Нужно дать мыслям успокоиться.

Остров Чульт уже успел показал себя во всей красе. Путь сюда пошёл немного не по плану, когда корабль встретился с огромной черепахой. И, боги, если бы она действительно оказался такой громадиной, как в кошмаре, от неё не удалось бы отбиться одним сундуком с сокровищами. Капитан Тит потерял много славных ребят, а от величественного Нарвала остались только дрейфующие щепки. И до порта пришлось добираться своим ходом. В бесконечных зелёных зарослях папоротника и лиан ожидаешь встретить кого угодно: и саблезубого тигра, и гигантскую рептилию, и вегепигмея, и прочих созданий флоры и фауны. Но никак не толпу оживших мертвецов. Мертвецов, которые всего пару дней назад были живее всех живых и плыли с вами на одном корабле. Покрытая струпьями плоть разлагалась прямо на глазах. Вспухшие тела, сгнившие лица, вываливающиеся внутренности. Они говорили. Шипели голосом своего создателя, призывали стать частью великого действа. Их покровитель – некто Рас Энси, - как выяснилось, не первое десятилетие пытается показать мощь некромантии и совершает время от времени набеги на порт.

Рейн предполагала, что это место хранит в себе много тайн, но не настолько же. Кажется, как сильно не подготавливайся к предстоящему походу, всё предусмотреть просто невозможно. Пребывая в бесконечных раздумьях, она и не заметила, как на горизонте забрезжил рассвет. Первые оранжевые блики уже отражались в воде. Море сегодня было спокойным.