В минувшие выходные в Самарском ТЮЗе «СамАрт» прошли премьерные показы «Соляриса» в постановке Анатолия Праудина - и вам точно нужно это увидеть.

Любой спектакль Праудина - событие для театральной жизни со всеми вытекающими: разговорами вокруг премьеры, формированием круга адептов праудинского миропонимания и одновременно - появлением оппонентов. Его спектакли не оставляют равнодушными - они вызывают либо большую любовь, либо полное неприятие - серой зоны тут нет.

Лем писал свой знаменитый роман в сложном контексте послевоенного времени и периода космических открытий - в 1957 году Советский Союз запускает на орбиту Спутник-1, в 1961 - Гагарин летит в космос. «Солярис» относят к классике научной фантастики, при этом роман отличает антропоцентричность, фокус на человеке, а не приключенческом или техническом начале. Наряду с загадками планеты Солярис автора в большей степени интересует человек, сталкивающийся с непознаваемым внутри себя.

Крис Кельвин, ученый-психолог, прибывает на станцию, где изучают планету, которую невозможно исследовать человеческими методами. Десятилетиями после открытия Соляриса люди создавали мыльный пузырь - соляристику - науку, посвященную загадочному Океану. Но познание недоступно человеческому разуму, потому все «знания» оказываются лишь поверхностной фиксацией фактов наблюдения за планетой - не подлинным знанием, а его призраком. Праудин превращает эту непознаваемость в театральный опыт: спектакль тоже не даёт окончательного ответа, что такое Океан, кто такие «гости», что именно происходит с героями на станции - бред, сон или явь. Персонажи спектакля, как и мы, по привычке пытаются объяснить всё, что кажется им непонятным и оттого пугающим, прячутся от собственных воспоминаний.

Встреча Кельвина с фантомом Хари на станции ставит ряд неприятных вопросов: насколько мы можем быть уверенными в адекватности образа Другого в наших глазах по отношению к реальности? что отличает копию от оригинала в человеческом измерении? где граница между проекцией нашего восприятия и чужой индивидуальностью? Постановка ставит множество вопросов, размышлять над которыми хотя и трудно, но крайне полезно для души.

Один из заветов спектакля - надо любить - но прежде чем научиться любить Другого, человек должен выдержать встречу с самим собой.

Наверное, это один из самых эстетичных спектаклей СамАрта (художник Глеб Фильштинский). Когда хороший вкус художника, замысел и воля режиссера соединяются с прекрасными актерскими работами - постановка обречена на долгую и счастливую сценическую жизнь.