Прочитал образцовый научно-фантастический детектив "Карантин" Грега Игана – историю о том, как частный сыщик искал умственно отсталую женщину, а нашел невероятную тайну Вселенной.

Отличная книга, мне понравилась. В этом раннем романе Иган показывает, как надо писать настоящую научную фантастику – не приключенческий роман с околонаучными элементами, не псевдонаучное фэнтези, а прям самую что ни на есть нф-ную НФ: берем какую-то горячую научную фактуру, развиваем ее в фантастическом ключе и от последствий этого моделирования отстраиваем в обе стороны (к началу и концу) сюжет книги. При таком подходе научный момент всегда остается в центре действия, а не работает в роли второстепенной декорации для шаблонных ходов боевика / детектива / триллера.

В "Карантине" Иган предлагает представить, а что если коллапс волновой функции при измерении происходит только на Земле, тогда как во всей остальной Вселенной никто глупыми измерениями не занимается, а потому всякий объект постоянно пребывает во всех вероятных состояниях? Мол, люди – это вселенское зло, потому что они силой мысли схлопывают суперпозицию всякого наблюдаемого объекта до одного чистого состояния, аннигилируя все остальные, и из-за астрономии теперь аннигилируют вероятные состояния других цивилизаций, хотя могут научиться перестать измерять и стать многовариантными сверхлюдьми, заслужив вселенский респект или прощение. Как тебе такое, Илон Маск?

Сюжетно это завернуто так, что главный герой сначала ищет непонятно как сбегающую из закрытых помещений пациентку психбольницы, затем поневоле становится охранником в сверхсекретной фирме, затем оказывается членом еще более секретного общества и осваивает умение уходить в суперпозицию и оттуда выбирать себе наиболее выгодное чистое состояние, в том числе со сверхнизкой вероятностью. То есть на уровне декораций сыщик обретает сверхспособность везения: если есть хоть малейшая вероятность позитивного исхода, он его получит. Например, при угадывании шифра на кодовом замке из девяти цифр он из суперпозиции расслаивается на миллиард версий себя и остается в единственной нужной, уничтожая 999999999 своих копий.

Уже в этом раннем романе легко можно узнать того Грега Игана, который потом будет взрывать мозги читателя в "Лестнице Шильда", "Ортогональной трилогии", "Накале" и "Дихронавтах", так как научно-фантастические построения постоянно перемежаются с рассуждениями об этике: что человеку допустимо делать, а чего делать нельзя, в том числе с собой – а в центре сюжета находится типовой игановский вселенский катастрофизм (только тут источником крушения мира выступают сами люди и их неумная страсть все измерять и коллапсировать в чистые состояния). Отличительной же особенностью является религиозная тематика – автор проезжается по существующим в будущем верованиям, препятствующим нормальному движению научно-технического прогресса.

Приятнейший энергичный текст, преимущественно состоящий из действия, но вваливающий непростых научных концепций по полной.