Убыток в 13,1 млрд рублей, падение выручки на 7,2 млрд и разворот от рекордной прибыли к глубокому минусу заставляют задавать неудобные вопросы.
Это конъюнктурная просадка или симптом стратегического кризиса? Готово ли государство спасать холдинг по модели «too big to fail», или империи предстоит распродажа активов?
Парадокс ситуации в том, что убытки пришли на фоне агрессивной экспансии. Начиная с 2019–2020 годов, когда выручка впервые сравнялась с объёмом долга, холдинг продолжил финансировать крупные проекты за счёт долгосрочного кредитования.
С одной стороны, это выглядит как классический риск чрезмерного левериджа. С другой – как осознанная ставка на вертикальную интеграцию и диверсификацию.
— Стратегия укрупнения – это одновременно и личный выбор Ткачёва, и отражение государственной логики консолидации экономических субъектов, – объясняет экономист Иван Чумаков. – Крупные холдинги проще администрировать, контролировать и напоминать об их социальной функции.
Однако интеграция не отменяет арифметики. Высокая себестоимость, снижение покупательской способности и рост процентных расходов по кредитам ударили по маржинальности.
— Руководство, вероятно, рассчитывало на масштаб и политический вес, но политическое влияние не компенсирует недостатки в операционном управлении, – добавляет экономист Роман Иноземцев.
Разбор в цифрах, политике и реальных сценариях - на портале ЯСНО >
—
✔️ Оставайтесь на связи с нам в 📲 MAX