Потом спекталь «Настройщик»

Ещё год назад зимой 22/23 мы сидели с Пашей Дороховым у подруги на балконе, прикидывали разное, как вдруг у меня возникло стойкое ощущение, что у Паши есть сильная история для автофикшн-спектакля, ну и вообще мы давно с ним ничего не делали, а уж тем более хотелось что-нибудь новенькое в автофикшене придумать. В общем, пару раз мы это обсудии в режиме фантазирования, а потом стали смотреть вперёд, чтобы увидеть удобное время для работы. Сначала хотели в июне, но не вышло, дела проглатывали, а потом под занавес лета я пришёл к Паше и говорю «давай сделаем ворк-ин-прогресс в конце августа в рамках моей лаборатории пиздеца ligth, а то потом вообще нахуй ничего не сделаем? отличная возможность собраться с силами и таки запуститься». Паша на всё соглашался, и в этот раз тоже быстро согласился, тем более мастерская по реставрации пианино где мы собирались сделать спектакль должна была съезжать и хорошо было успеть сделать на старом месте. Всё сошлось и мы очень быстро собрали некий промежуточный рабочий вариант, показали на лаборатории, поняли что всё охуенно, ну и отложили. Недавно я опять пришёл к Паше и говорю «слушай, надо бы успеть сыграть второй раз до нового года, а то потом мы забросим в суете сует эту штуку, а она должна быть сыграна хотя бы несколько раз». Паша согласился. И вот мы проводим спектакль «Настройщик» на новом месте, мастерская перехала

По какому-то космическому совпадению Паша теперь реставрирует пианино на одном этаже с Театром Поколений, нашим бывшим театром, тоже недавно перехавшим, а раньше его мастерская была в лофте на Васильевском острове, там базировался другой театр, в котором Паша когда-то двигался. Для нас это важно, потому что, конечно, и место, и сам Паша, и его история — всё сплелось в перфрмативные слои переживаний и драматургии

Это довольно классический театр на первый взгляд. Есть актёр, текст, трёхчастная структура, сцена и зал. При этом сцена и зал размещены не в театральном здании, а в реальной мастерской; текст не написан, а генерируется каждый раз заново по намеченному плану смысловых точек; вместе с актёром есть ещё персонаж режиссёр Артём, и мы видим не только историю Паши, но и автореференцию спектакля; сама необходимость играть проект завязана на трепет ускользающего момента, кажется что совсем скоро это уже будет не нужно. Есть ещё классические репетиции. И вот тут тоже всё наполнено своеобразием. Я прямо чувствую, что мы выстраиваем форму и роль, но при этом редактируем своё сознание, осознаём и меняем собственные жизни по ходу дела, а этом мне кажется и есть мостик к людям — как у Арто написано помните, театр — чума, заражает. Мне не очень нравится воображать метафору чумы, но нравится думать, что такие вещи создают рефлексию и общность