«В ходе производства мы собрали доказательства того, что ему было совершенно ясно, что такая деятельность может быть наказуемой. Он даже контактировал с людьми, которых за аналогичную деятельность либо обвиняли, либо уже наказывали. Поэтому, на наш взгляд, здесь нет спора относительно того, было ли ему известно, что его деятельность может быть ему вменена», — сказал ведущий государственный прокурор Таави Перн.