"Dark forest outcome"
22.09.2026

Классическая проблема военного анализа: подмена оценки результата (разрушение системы противника) оценкой затраченных усилий (тоннаж сброшенного чугуна). А сравнение с американскими воздушными кампаниями корректно разве что только с точки зрения объёмов, но 283 боеприпаса в сутки, применяемые Штатами и Россией, это совершенно разное количество с точки зрения конечного результата.

Перевод тактического успеха в оперативный и стратегический требует не просто огневого вала, а изоляции района боевых действий, разрушения логистики и элементов, обеспечивающих устойчивость системы в целом. Если этого нет, война превращается в линейное истощение.

Сейчас речь пойдёт о таргетинге. Тактика и стратегия КПС (комплексного применения сил и средств) США строится на параличе системы противника. Первоочередные цели — это ПВО (SEAD/DEAD), командные пункты, узлы связи, мосты и склады глубоко в тылу. Удары по передовым позициям пехоты (лесопосадкам) наносятся по остаточному принципу или при крайней необходимости с целью поддержать темпы наступления своих наземных войск (Close Air Support), когда стратегический тыл уже отрезан.

США полноценно применяют авиацию по наземным целям только после завоевания полного господства в воздухе, что позволяет самолётам беспрепятственно (или с минимальным сопротивлением) работать над полем боя и использовать высокоточные боеприпасы с идеальных ракурсов. В текущих реалиях, которые сложились у России, бомбы (те же УМПК / УМПБ / КАБ) сбрасываются с максимальных дистанций без захода в зону действия ПВО, что радикально снижает точность и привязывает удары к статичным координатам на линии боевого соприкосновения (которые в большинстве случаев некорректны).

Качество разведки (Kill Chain):  время от обнаружения цели до поражения цели должно быть минимизировано. При бомбардировках посадок "по площадям" разведданные часто устаревают к моменту подлёта авиации.

Количество в 8700 бомб за месяц демонстрирует исключительно мощности по переделке чугунных болванок советской эпохи и возможности аэродромной логистики. Но, беря во внимание, что эти бомбы перепахивают поля и посадки на переднем крае, не обрушая снабжение и управление войск, их применение носит исключительно тактический характер, что не соответствует концепции применения авиации.

Уже в комментариях к этому посту сам автор дополнительно написал следующее:

Подавление ПВО — это коллективное (групповое) применение сил и средств воздушного нападения.

Самолёты надо синхронизировать по коридорам пролёта, заморочиться чтобы они одновременно вышли на пусковые рубежи и осуществили залп ракетами ПРР. Противник в это время скорее всего будет пытаться отключать РЛС и маневрировать теми СОУ (самоходная огневая установка), которые имеют такую возможность (например, "Бук" , "Тор" и т.д), пытаясь минимизировать собственные потери от первого удара.

Далее должны работать низколетящие бомберы (если речь про подавление всей системы ПВО, а не одного объектового участка), которые нанесут огневое поражение по стартовым позициям ПВО. Это я сейчас прописываю чисто доктринальную тактику. Сейчас бомбардирование вполне реально заменить на ракетные удары различных уровней, разбив, например, по приоритетности зенитно-ракетных комплексов: например, баллистические ракеты по огневым районам С-300/400, УР-ВП по таким СОУ, как "Тор", "Бук", "Тунгуска", в общем с плановым переходом с оперативно-тактического уровня на тактический.

Ну а они неспособны на такие вещи.