Глава 5. Ситуация взрывоопасная

Шестой курс. Хогвартс

Декабрь выдался промозглым. Даже магия Хогвартса, казалось, не справлялась с холодом, который просачивался сквозь каменные стены вместе с тоскливым воем ветра за окнами. Замок в тот год был мрачным — не только из-за погоды.

Драко сидел в пустом классе зельеварения, уставившись в одну точку на стене, и чувствовал, как метка на левом предплечье пульсирует в такт сердцебиению. Тяжело. Тошнотворно. Неотвязно.

Он получил её месяц назад.

И с тех пор мир разделился на «до» и «после».

— Ты должен убить его, — сказал Тёмный Лорд, и его голос, шипящий, как змеиный яд, до сих пор звучал в ушах Драко. — И ты должен найти способ впустить моих верных слуг в эту проклятую школу.

Два задания. Смертный приговор в любом случае.

Драко зажмурился и с силой провёл ладонью по лицу. Он не разделял идеи безносого монстра. Ему было плевать на чистоту крови, на превосходство волшебников, на новый порядок. Ему было страшно.

Он принял метку не потому, что верил. А потому, что если бы отказался — его родителей убили бы прямо на глазах друг у друга.
Выбора не было.

Единственное, что он мог — тянуть время. Делать вид, что работает над проклятым исчезательным шкафом. Чинить его медленно, нарочно допуская ошибки, имитируя бурную деятельность, пока где-то в глубине души теплилась надежда, что чудо произойдёт само.

Но чудеса не случались. Не с ним.

Драко открыл глаза и посмотрел на свои руки. Они слегка дрожали.

В коридоре послышались голоса. Он напрягся, но это были просто студенты, возвращающиеся с ужина. Они что-то оживлённо обсуждали, и сквозь тяжёлую дубовую дверь до него донеслись обрывки фраз:

— ...слышал? Рождественский бал!

— Маскарад, говорят, маски должны быть зачарованы так, что никто никого не узнает...

— Хоть какое-то развлечение в этом году...

Драко усмехнулся горько и безрадостно. Рождественский бал. Какая ирония. Пока замок готовится праздновать, он здесь готовится к смерти — своей или чужой.

Он уже решил, что не пойдёт. Какое ему дело до танцев, когда на кону его жизнь?

Но потом, лёжа ночью под балдахином кровати и глядя в темноту, он подумал: «А сколько мне осталось? Месяц? Два? Полгода? Может, меня убьёт Волан-де-Морт за то, что я не справлюсь. Может, я погибну в этой войне. А если чудом выживу — меня посадят в Азкабан до конца дней».

Он перевернулся на спину и уставился в потолок.

Терять нечего

И впервые за долгое время он принял решение сам, не из-за долга, не из-за нависающей опасности, а просто, потому что захотел.

Он пойдёт на этот бал, сделает хоть что-то для себя, ведь скорее всего это его последнее Рождество.

***
Большой зал сиял.

Тысячи зачарованных свечей парили под сводчатым потолком, отражаясь в серебряных украшениях, которыми были увиты колонны. Огромная ель в углу переливалась золотом и серебром, а наколдованный снег падал ровно настолько, чтобы создавать праздничное настроение, не вызывая желания укутаться в тёплый плед.

Но главным украшением вечера были гости.

Все в масках.

Зачарованных масках, которые скрывали черты лица до неузнаваемости — ни цвета глаз, ни формы скул, ни линии губ нельзя было разглядеть. Голоса тоже звучали по-другому, словно их пропустили через магический фильтр. Организаторы постарались на славу: идея полной анонимности взбудоражила, и даже те, кто обычно сторонился танцев, пришли.

Драко стоял у колонны, наблюдая за толпой.

На нём была чёрная бархатная маска, закрывающая верхнюю половину лица, и строгий чёрный костюм, он наколдовал себе каштановые волосы и изменил цвет глаз на зелёный. Драко чувствовал себя не в своей тарелке, но одновременно — странно свободным.

Здесь, под маской, он был никем. Не Малфоем, не Пожирателем, не неудачником, получившим невыполнимое задание. Просто юношей, который хотел хотя бы один вечер побыть нормальным.

Он медленно обвёл взглядом танцующих. Пары кружились под музыку, и в мерцании свечей было трудно различить, кто есть кто.

И тут он увидел её.

Она стояла у окна, чуть в стороне от толпы, и смотрела на танцующих с лёгкой, едва заметной улыбкой.