— Драко, дорогой, не переживай, они всего лишь говорят о квиддиче, — Гермиона положила ладонь на грудь мужа и успокаивающе погладила лацкан его пальто, еле сдерживая себя от смеха.

— Действительно, Драко. Джеймс просто делится своим спортивным опытом, — съязвил Рон, довольно хмыкнув.

Вся компания снова взорвалась смехом. Кроме Драко, ему, конечно, было не до шуток. Он отправлял свою маленькую нежную девочку впервые так надолго из дома, и мысль о том, что он больше не сможет оберегать каждый её шаг, приводила его в настоящий ужас. И хуже всего было то, что Драко действительно заметил этот абсолютно восхищенный, распахнутый взгляд, который Оливия бросила на этого мелкого поганца Джеймса. Сердце Драко болезненно сжалось. Он не готов был принять тот факт, что его малышка растёт. Разогнавшись в собственных мыслях, он буквально за пару секунд сам себя накрутил. Откровенная паника охватила его при мысли о том, что всего через несколько лет какой-то несносный мальчишка может набраться смелости позвать её на первое неловкое свидание. А вдруг это и правда будет Джеймс? О, убереги его Салазар, этот парень был сущим кошмаром, Поттер-младший был неукротим и непредсказуем, как настоящий огонь, сжигающий все на своем пути. А потом эта паническая цепочка привела Драко к самому жестокому сценарию: вдруг кто-то разобьет сердце его единственной дочери. От этой мысли грудную клетку сдавило так сильно, что стало трудно дышать. Нет, лучше ему об этом не думать. Совсем. Драко мотнул головой, стараясь наглухо отогнать непрошеные картины пугающего будущего, и через силу натянуто улыбнулся продолжающим шутить друзьям. Мерлин, быть отцом дочери было чертовски сложно.

Раздался финальный гудок, и родители бросились к своим детям для последних, торопливых объятий. Драко прижал к себе Лео и Скорпиуса, попросив их присматривать за младшей сестрой, а затем крепко обнял Оливию, расцеловав её в обе щеки, не обращая внимания на её смущенное «Пап, ну пусти!».

Когда экспресс со стуком тронулся, набирая ход, Драко обнял Гермиону. Она слегка всхлипнула, прижимаясь к его плечу, провожая взглядом алые вагоны.

— Ничего, любовь моя, оглянуться не успеем, как наступит Рождество, и мы снова их увидим. — прошептал он, целуя её в макушку.

Они стояли на перроне в окружении Уизли, Поттеров, Ноттов и Забини — людей, которые когда-то были по разные стороны баррикад, а теперь стали его настоящей, шумной, невероятной семьей. Драко смотрел на них и чувствовал, как грудь распирает от щемящей нежности. Его жизнь сложилась абсолютно идеально. У него была большая и любящая семья, чудесные дети, невероятные друзья и женщина, эта восхитительная женщина, которая была не просто его женой, но его домом, его совестью и тем якорем, который держал его на плаву в любые времена

Что ж, он на собственном опыте доказал всей магической Британии главную жизненную аксиому: если ваша личная жизнь летит к дракклам — просто спросите Грейнджер. Ему ли, черт возьми, не знать.