Скорпиус, Мелания Уизли и Николас Нотт — на пятый. Маттео Забини и Сара Нотт отправлялись на четвертый, а невыносимая троица неразлучных хулиганов — Лео Малфой и близнецы Джеймс и Сириус Поттеры — на третий. И теперь к этой армии присоединялись Оливия и Лучана.

— Ну что, дамы и господа, — торжественно протянул Блейз Забини, — Поздравляю, мы дожили до этого дня — все наши наследники будут в Хогвартсе одновременно.

— Я искренне не завидую профессорам и в особенности бедолаге Филчу, — хмыкнул Рон, прижимая к себе Падму. — Сдаётся мне, к Рождеству Минерва пришлёт нам счет за капитальный ремонт замка. Три Малфоя, два Поттера, четыре Нотта, два Забини и одна Уизли. Хогвартс просто не выстоит.

Теодор Нотт, стоявший в обнимку с Луной, вдруг замер. Его глаза расширились, когда до него дошла математика происходящего.

— Моргана милосердная… Погодите-ка, — медленно произнес Тео. — Вы понимаете, что это значит? Это первый год, когда мы все… остаемся дома без детей. Абсолютно одни.

Эта мысль повисла в воздухе. Взрослые переглянулись. До каждого из них, наконец, дошел истинный масштаб события. 

— О, святые угодники…— выдохнула Джинни.

— И что мы будем делать со всей этой свободой? — Блейз лукаво вскинул бровь.

Драко многозначительно переглянулся с Гермионой, которая уже прятала улыбку.

— О, поверь, Блейз, мы обязательно придумаем, что с ней делать, — протянул Малфой с фирменной ухмылкой, — Тем более у нас есть прекрасный повод: нужно как следует отметить оглушительный успех новой книги моей блестящей жены. Поэтому приглашаю вас всех на неделю, скажем, на Мальдивы. 

— Блестяще, Драко! — довольно закивал Тео, —Это будет отдых исключительно для взрослых, никаких семейных отелей и поездок в волшебные аквапарки. Только мы, море алкоголя, белые пляжи и океан. 
Повисла короткая пауза, за которой последовал всеобщий взрыв энтузиазма, который был вероломно нарушен возмущенным голосом Рона.

— Какого черта… Малфой! Какого хрена твой сын делает возле моей дочери?!

Все дружно повернули головы. Чуть поодаль, у самых дверей вагона, стояли пятнадцатилетние Скорпиус и Мелания. Девочка скромно опустила глаза, на её щеках играл густой румянец, а Скорпиус смотрел на неё с такой обезоруживающей, теплой полуулыбкой, что Драко мысленно поаплодировал сыну.

— А чем тебя не устраивает Скорпиус? — лениво отозвался Драко. — Он лучший на Слизерине, твоя Мелания лучшая на Когтевране. У них куча общего, к тому же, они оба ловцы. Может, они не флиртуют, может, это такой обмен спортивным опытом.

— Пусть твой сын держит свой опыт при себе, — проворчал Рон, но его уши предательски покраснели.

Драко невозмутимо шагнул к Рону и по-братски приобнял его за плечи, наслаждаясь моментом.

— Да ладно тебе, Рон. Подумай о перспективах! Может быть, мы с тобой породнимся. Разве это плохо? Мы же с тобой так отлично ладим.

Рон нервно усмехнулся, сбросив руку Драко со своего плеча.

— Ты меня пугаешь, Драко, —
искренне сказал Уизли под дружный хохот остальных. — Клянусь, мне было гораздо спокойнее жить, когда ты не был таким чертовски дружелюбным!

— Не расслабляйся, Драко, — насмешливо вставил Тео. — Посмотрим, как ты сейчас запоешь. Приглядись-ка к своей принцессе. Посмотри, как Оливия смотрит на Джеймса.

Смех Драко оборвался. Он резко повернулся. Одиннадцатилетняя Оливия, его маленькая девочка с платиновыми кудряшками, этот ангел во плоти, стояла напротив тринадцатилетнего Джеймса. Мелкий Поттер что-то активно рассказывал про квиддич, размахивая руками, а Оливия смотрела на него снизу вверх прозрачными, абсолютно влюбленными глазами.

Внутренний слизеринец и сверхопекающий отец мгновенно слились воедино. Драко прищурился и метнул убийственный взгляд на Гарри.

— Поттер, — ледяным тоном произнес он. — Следи за своим сыном.

Гарри только открыл рот, но его опередила Пэнси, воинственно выступая вперед:

— В смысле?! Ты за своей дочерью следи, Драко! Наш сын просто стоит и болтает о мётлах. Это твоя принцесса на него слюни пускает!

— Не смей так говорить о моей дочери, Пэнси! — возмущению Драко не было предела.