На днях, читая выдержки из встречи студентов с Андреем Звягинцевым, я задумалась о длинных кадрах (тех самых, непрерывных, длящихся словно вечность). Такой прием могут использовать по разным причинам: имитация непрерывности человеческого взгляда, создание ощущения присутствия, воплощение замедленного ритма.
Ок, вернемся к беседе с режиссером. Один из участников встречи признался, что ему тяжело смотреть подобное «медленное» кино, аргументируя тем, что не хватает динамики. На что Андрей Звягинцев возразил, что динамика навязывается извне, с помощью того же телевидения.
Далее он посоветовал:
«просто останьтесь в пустом подъезде, поживите у окна, посидите с чашкой чая, послушайте мир вокруг. Или окажитесь когда-нибудь в лесу, на берегу реки. Одна, без компании, без музыки. Побудьте в одиночестве, и вы поймете, что мир содержателен, несмотря на то, что нетороплив. Дело в содержании, а не в информации. Ее слишком много, а смысла — мало».
Одиночество, безусловно, замедляет процесс, но еще и окружающая среда влияет на восприятие времени. Известный факт – в городе время течет быстрее, мы подстраиваемся под заданный темп, не успеваем взять паузу и прочувствовать мгновение. Оставаясь на природе, когда наблюдаешь за сменой времени суток и погоды, колышущимися деревьями, безмятежностью воды – понимаешь, что время з а м е д л я е т с я.
Конечно, стоит учитывать и более субъективные факторы, например, если испытываешь переживание, тревогу, то и время будет идти иначе, соответственно и склейка кадров предстает подходящей, подстраиваясь под внутреннее состояние персонажа.
Получилось, возможно, сумбурно, но хотелось поделиться своими впечатлениями.
Для настроения – мои снимки, сделанные на природе 🌿☀️
Бывает ли у вас такое, что хочется добить свое тяжелое эмоциональное состояние соответствующей музыкой, позже добавляя ударную дозу драматизма с помощью кино?
Что ж, вы на правильном канале, и сегодня подборка из 6 отечественных современных кинокартин, дабы добить себя окончательно;)
В центре сюжета фильмов – героиня, которая пытается достигнуть своей цели, но терпит поражение.
Ахтунг: не самая жесть, лайт-версия, но не из приятных, для подходящего упаднического настроения 🖤
иногда кажется, что юра борисов — мессия мира кино русского; человек, пришедший изменить в определенный момент путь отечественного и не только кинематографа; и сделать это не вопреки, а аккуратно вливаясь в русло; легко, играючи и весело /
богом поцелованный, рил; тихонько делает своё дело, никого не бесит, везде побеждает, просто идёт и берет то, за чем сюда пришел / и одним движением поворачивает ход времени на 180 градусов; под удивительной звездой родился чувак из рубрики «юра, мы всёпроебалипофиксили»
"Братья Систерс" (Жак Одиар, 2018) — фильм-вестерн, повествующий историю братьев, опытных наёмников, ищущих по заданию золотоискателя-авантюриста.
Нас интересует, как в этом фильме осуществляется переход от реальности ко сну, и как мы понимаем, что действие происходит во сне.
Погружение в сон одного из братьев показано постепенно. Склейка кадров осуществляется с помощью звука грома, объединяющего два пространства: реальное и сновидческое. Одновременно ночный лес, в котором уснул герой, сменяется похожим ночным пейзажем.
Нечеткое изображение и съемка с рук помогают понять, что сейчас действие разворачивается во сне. К тому же добавляется еще и закадровый пугающий голос. Фигура человека представлена в виде силуэта, мы не видим отчетливо лица и очертаний, что тоже вносит толику напряжения, как в настоящих ночных кошмарах.
В некоторых случаях только длиннофокусный объектив помогает снять задуманный кадр.
Например, режиссер Дэвид Лин при создании фильма "Лоуренс Аравийский" (1962) попросил инженеров сконструировать объектив с фокусным расстоянием 482 мм ради одного кадра — появления шерифа Али из миража.
Лишь большое приближение позволило зрителю увидеть арабского правителя парищям в воздухе – эффект отрыва от земли создает разная плотность воздуха в раскаленной пустыне, рождающая оптическую иллюзию.
Ходят слухи, что данный объектив с тех пор ни разу не использовался и носит название "объектив Дэвида Лина".
В "Запределье" (Тарсем Сингх, 2006) реальное действие разворачивается в больнице, где каскадер, получивший травму, рассказывает сказку девочке, также вынужденной лечиться там.
Визуально мир сказки отличается от реальности с помощью колорита. В вымышленном мире господствуют яркие, насыщенные цвета, создающие атмосферу фантазии. К тому же это видение девочки, сквозь ее призму восприятия показывается история, поэтому цвета предстают столь яркими, детскими.
В больнице цвета более тусклые, лишенные экспрессии. Такой контраст помогает нам ориентироваться в пространстве, так мы понимаем, где сказка, а где обыденность.
СИ 
