Pain, sharp in his chest—so sudden he feels his muscles clench, convinced for a moment the memory is real. An altogether different day, hour, moment. Her face again, close to his, the press of cold metal between them.
And a crested bird—white and black and the color of sky. His mind telling him something, but the name won’t come to him. There—blue jay. Had he seen one, that day when they’d first met? Or on the day he’d died?
Мошенница Джей втирается в доверие к Томасу, наследнику корпоративных миллиардеров, чтобы записать двадцать часов голосового материала. Это позволит изготовить точный голосовой слепок для взлома банковских счетов его родителей через аккаунт Тома. При этом у Джей есть наниматель, который уже однажды предал своего партнера после удачного дела, а у Тома — вынужденное соглашение с родителями, налагающее определенное ограничение на его возможность распоряжаться деньгами. По крайней мере, пока он жив.
Это немаленькая, но затягивающая повесть максимально плотно закручена вокруг своих фантдопов. А это важно для жанра — если вы можете убрать из конструкции своей истории фантастическое допущение и сюжет все еще будет работать, значит, этот фантдоп там был не особо и нужен. Но помимо фантастического аспекта, Таширо филигранно обращается не только с инструментами, которые выстраивают сюжет, но и с теми, что в ответе за тонкую эмоциональную настройку. Она внимательна к мельчайшим деталям — как к той капле крови на обуви Джей — и чарующей образности ("Jay had eased herself into Tom’s life like honey seeping into bread: sweet, slow, and impossible to expunge once settled"), пока действие стремительно мчит к неотвратимой развязке. А сами финалы — из того, что я пока у нее читал — Таширо удаются блестяще. That damn bus, о да ^^