ArtFragment

Ну и что уж, хит всех русскоязычных инстаграмов этой арт-недели в Лондоне — картина Любови Поповой 1918 года — обошла на Christie’s, к примеру, огромного позднего де Кунинга (и много чего еще).
Говорят, в нью-йоркском МоМА работа 1917 года не такого уровня — а это чрезвычайно важна.

Кандинский на Christie’s только что ушел за £31.560.000 при эстимейте £18-25 млн.

В Нью-Йорке арт-дилер Жан Гринберг Рохатин продает свой особняк на Восточной 94-й, в котором началась история ее галереи Salon 94 (сейчас галерея находится в не менее впечатляющем здании напротив музея Гуггенхайма на четыре улицы ниже).
Как интересно там все рассматривать! И как прекрасно «страшные» скульптуры Хумы Бхабхи вписываются в интерьер с историческими работами blue chip художников и коллекционным дизайном. И даже «точки» Хёрста смотрятся неплохо )

БРЮСОВ. Строительное искусство

В Брюсовом переулке открылся новый арт-проект VOS’HOD — три художественные витрины клубного дома «БРЮСОВ», созданные Manipulazione Internazionale.

На время внутренних отделочных работ девелопер решил не скрывать стройку, а сделать ее частью художественного высказывания.

Три витрины обращаются к театральному и музыкальному коду Брюсова переулка через три классических произведения — «Вишневый сад», «Евгений Онегин» и «Щелкунчик». Незавершенный интерьер становится сценой, а строительные материалы и инструменты — декорациями и реквизитом.

В «Вишневом саде» строительные леса и рабочий свет складываются в образ сада — хрупкого пространства на границе уходящего и нового.

В «Евгении Онегине» ящики с инструментами превращаются в две фигуры, замершие друг напротив друга перед дуэлью, а направленные шуруповерты становятся ироничной цитатой сценического действия.

В «Щелкунчике» фантастический образ возникает из рулонов обоев, скотча и инструментов — привычный язык ремонта превращается в сценографию.

Все три композиции объединяет театральный бархат: витрины становятся небольшими сценами, обращенными прямо к Брюсову переулку.

«Строительное искусство» — проект, которому с самого начала отведено ограниченное время. Он существует только сейчас, пока «БРЮСОВ» находится между архитектурой и готовым интерьером. По мере завершения дома исчезнет и сама среда, из которой выросли инсталляции.

До тех пор стройка становится сценой, а город — ее зрителем.

VOS’HOD х Manipulazione Internazionale до января 2027 года.

Дом «Брюсов», Брюсов пер., д. 2

Даже мегагалереям приходится ужиматься: вот и Pace сдает теперь выставочные пространства на верхних этажах своего дорогостоящего здания в нью-йоркском Челси. На обслуживание, налоги, арендные платежи они тратят сейчас около $9 млн в год.

Прекрасное начало материала ArtNews про открывшуюся сегодня нью-йоркскую ярмарку The Armory Show. Дальше можно было бы и не продолжать.

Можно утверждать, что нью-йоркская Armory Show провела значительную часть последнего десятилетия, пытаясь понять, какой именно ярмаркой она хочет быть. Она переехала с по-своему очаровательных своей грубоватой атмосферой пирсов на Гудзоне в стерильный, но надежный Javits Center на Вест-Сайде Манхэттена и сменила даты проведения. Затем, в 2023 году, ее приобрела Frieze, которая уже управляет другой крупной нью-йоркской ярмаркой — проходящей неподалеку, в The Shed, без сомнения худшей площадке среди всех арт-ярмарок мира. После этого Armory Show сменила директора, радикально пересмотрела список участников и снова перенесла даты — теперь на конец сентября.
Поэтому, возможно, более уместный вопрос в четверг утром, когда открылась 32-я ярмарка, звучал предельно просто: что именно представляет собой Armory Show и для кого она, собственно, существует?

Сегодня в наше поле зрения попали две скульптуры. Первая — «Stack» Николь Айзенман установлена во дворе лондонской Royal Academy of Arts. Эта скульптура высотой более восьми метров изображает художника в сандалиях Birkenstock, которая держит над головой винную бочку, картофелину, кошку по кличке Иди и фигуру художницы Филлиды Барлоу.

Двухметровая скульптура «Баннимэн» Джонни Деппа после выставки в Шанхае приземлилась в пространство Contemporary Instanbul. История создания «Баннимэна» началась с простого наброска, сделанного пятилетним сыном актера, Джеком. Вдохновившись этим незамысловатым рисунком, Депп переосмыслил образ персонажа. В процессе работы над обликом героя он вспомнил повторяющийся сон из детства: в нем он видел фигуру, неподвижно стоявшую в дверном проеме подвала, но окруженную струящейся аурой, напоминающей песок.

Ну что, какую выберете вы?)