Привет, дорогие читатели! Сегодня я к вам с офигительной темой про эстетику.

Вы уже привыкли, что формальное воплощение у современного искусства может быть любым? Работы могут быть виртуозно или нарочито плохо исполнены – словно внешняя эстетика вторична? Красота куда-то подевалась, появилось даже такое понятие, как эстетика безобразного.

Большая парадигма прекрасного, гармонического искусства к концу XIX века стала исчерпываться. И не потому что больше нечего стало там искать, а потому, что в какой-то момент идея прекрасного была узурпирована политическими, идеологическими и рыночными силами. Уже в ХХ веке красота дискредитировала себя полностью. Эх... Она просто утратила свою освободительную силу и превратилась в удобный инструмент для рыночных и политических манипуляций. Красота больше не спасает мир, но зато очень успешно продает купальники, помады, бритвенные станки, шугаринг массажи, богемный инстагнамно-паразитический образ жизни и все такое прочее. Даже мое любимое печенье продают фотки счастливых красивых людей. Даже мои красивенькие этюды с прекрасными видами Пушгор почти все продались! Красота теперь «служит» не только искусству, но торгуется на полках «глобального супермаркета» и отлично себя капитализирует.
В среде моих коллег и друзей, которые отходят от радикальных парадигм академического просто прекрасного искусства, делать красиво вообще моветончик.
⠀
Но!

Тем не менее, в совриске есть такое занимательное направление, когда вроде и красиво, но не всё так просто. Когда изысканный эстетизм, если и используется художником, то служит оболочкой жестокому контенту. Делать красиво, но актуализировать иное содержание, и проносить контрабандой эту повестку через сахарную красоту. Ну не гениально ли? Каролина Пескишева даже выделяет это в отдельную стратегию.

С тебя самое уродливое эмодзи
С меня примеры)