«Либо ты умираешь героем, либо живёшь до тех пор, пока не станешь негодяем»

Досмотрел пятую серию «Мы — ЦСКА». И, кажется, именно здесь окончательно показали слом героя, который постепенно трансформируется в злодея.

Если говорить про Фабио Челестини, то той самой точкой невозврата для него становится речь Мойзеса. Речь, в которой, на мой взгляд, вообще не было никакого злого умысла. Наоборот — человек говорил потому, что ему было небезразлично происходящее с командой.

Но Фабио услышал в ней совсем другое. Практически предательство.

И дальше мы уже видим другого человека. Максим Головлёв говорит о том, что Челестини стал более чёрствым, жёстким, нервным, начал закрываться и уходить в себя.

Я огромный гик по супергеройскому кино, поэтому у меня при просмотре этой серии постоянно возникали ассоциации с трилогией Кристофера Нолана о Тёмном рыцаре.

И если уж раскладывать эту историю по персонажам, то Бэтменом здесь изначально, как ни странно, был Марко Николич.

Потому что именно Николич построил тот ЦСКА, на фундаменте которого команда продолжала двигаться дальше. Практически весь отрезок до зимы она во многом ехала на оставленном им багаже: на выстроенной структуре, уверенности, понимании того, как эта команда должна играть и побеждать.

Николич ушёл, но его система продолжала жить.

Примерно как Бэтмен у Нолана: сам герой может исчезнуть, но созданный им символ, идея и наследие остаются.

И вот на этом месте появляется Фабио Челестини — наш Харви Дент.

В начале «Тёмного рыцаря» Дент — Белый рыцарь Готэма. Человек, которому доверяют, в которого верят и который сам искренне верит, что способен продолжить начатое дело.

Но затем происходит событие, после которого он ломается.

У Харви Дента это смерть Рэйчел. У Челестини, разумеется, масштаб совершенно другой, и я не сравниваю сами события буквально. Но с точки зрения драматургии роль триггера выполняет именно тот разговор с Мойзесом.

Фабио воспринимает его как удар от своих. Как предательство.

И после этого постепенно превращается уже в другого человека — более жёсткого, нервного, закрытого. Того самого героя, который не смог справиться с собственным переломным моментом.

А дальше появляется ещё одна очень красивая параллель — Игдисамов.

Для меня он здесь чем-то напоминает Джона Блейка из «Тёмного рыцаря: Возрождение легенды» — героя Джозефа Гордона-Левитта.

Человека, который до самого конца продолжает верить. В команду, в идею, в то, что всё это имеет смысл. Который ценит каждую полученную возможность и не пытается поставить себя выше того, частью чего является.

И финал истории вообще удивительно рифмуется с Ноланом.

В конце «Возрождения легенды» Бэтмен уходит, но оставляет после себя наследие. Блейк находит пещеру. Один герой заканчивает свой путь, но созданное им продолжает жить уже через другого человека.

Так же и здесь.

Николич давно ушёл. Челестини, которому досталось его наследие, в какой-то момент внутренне сломался. А под самый конец человек, который просто продолжал верить и ждать своего шанса, получил возможность подхватить команду.

И Игдисамов смог выправить ситуацию: выиграть матч с «Нижним Новгородом», который вопреки всему нужно было забирать, а затем красиво завершить сезон победой над «Локомотивом».

Поэтому ассоциация с «Тёмным рыцарем» у меня возникла не только из-за отдельных архетипов персонажей.

Это практически история о наследии.

О человеке, который его создал.
О человеке, который получил его, но в какой-то момент сломался.
И о человеке, который в самом конце оказался способен его подхватить.

И самое удивительное во всём этом — перед нами ведь не художественный фильм, основанный на реальных событиях.

Это и есть реальные события.

Просто сняты и собраны они настолько круто, что ты в какой-то момент действительно начинаешь смотреть на всё происходящее как на полноценную драму: с героями, конфликтом, точкой невозврата, падением и передачей эстафеты.

В этом плане пятая серия «Мы — ЦСКА» — просто потрясающее документальное кино.

🔥 Армейский дух | ЦСКА / канал в MAX