Заметка 2. Хутуны

Ольга Краснова, Санкт-Петербург
Ведущий архитектор BQ Studio

Что такое хутуны
Хутуны — это не районы, а узкие жилые улицы между рядами традиционных периметральных домов— сыхэюаней, из которых складывается старый Пекин. Само слово «хутун» — монгольское. Оно связано с градостроительными принципами эпохи Юань: от широких магистралей ответвлялись второстепенные улицы, а от них уже хутуны. Их ширина была регламентирована и составляла 9 метров — число императора.
Хотя императоры здесь и не жили, хутуны никогда не были безликим пространством. В этих переулках селились писатели, актёры и учёные. Здесь жил писатель Лао Шэ, а в 1918–1919 годах — Мао Цзэдун, тогда ещё молодой библиотекарь Пекинского университета. За стенами этих дворов рождались идеи, повлиявшие на культурный облик Китая XX века.

Жизнь без удобств
Сегодня жизнь в хутунах — это парадокс: с одной стороны, уникальная историческая среда, с другой — сложные бытовые условия. Во многих домах до сих пор нет собственных туалетов и водопровода — жители пользуются общественными уборными. Центральное отопление — редкость, помещения часто тесные и холодные. Из-за сложностей с собственностью и нехватки средств жильё трудно модернизировать, поэтому многие жители живут тут скорее вынуждено.

От сноса к осознанию ценности
На протяжении большей части XX века хутуны не воспринимались как ценность: ветхость, неудобства и высокая плотность застройки долгое время служили аргументом в пользу сноса. После образования КНР их активно уничтожали ради прокладки магистралей и строительства новых кварталов. Перелом произошёл лишь в 1980-х годах, когда стало ясно, что вместе с хутунами город теряет важную часть своей идентичности.
Этот сдвиг Эмэтью Ху, попечитель Пекинского центра охраны культурного наследия, описал через метафору «красных цветов и зелёных листьев»: сначала сохраняли дворцы и храмы, а затем внимание обратили на «листья» — хутуны, когда их осталось немного.

Как работают с хутунами?
Тут нет какого-то единого подхода. Самый очевидный — превращение переулков в торговые улицы. Линейная форма таких пространств идеальна для кофеен и сувенирных лавочек, как на улице Дашилань, которая привлекает толпы туристов.
Проект улицы Янмэйчжу Сецзе — это история о тактичном обновлении через озеленение. Но зацепило другое: трансформация происходила вместе с местным сообществом, что для Китая звучит почти как исключение и потому особенно ценно.
Есть и проекты, сосредоточенные на внутреннем пространстве двора: студия Origin Architect создала театр на территории бывшей типографии в районе Дунчэн, а People’s Architecture Office разместили здесь офис.

Личное впечатление: деревня в мегаполисе
Попадая в хутун, словно оказываешься в другом времени. С шумной магистрали сворачиваешь в узкий переулок, и городской гул мгновенно стихает — возникает эффект шумоподавления, как в наушниках. Появляется ощущение деревни, затерянной в центре 20-миллионного мегаполиса.
При этом хутуны — не музей под открытым небом: здесь жизнь идёт своим чередом. Узкие улочки без тротуаров работают как shared space, где пешеходы, велосипеды и мопеды делят одно пространство. Приходится постоянно уступать дорогу и прижиматься к стенам, чувствуя себя нежеланным гостем в чужой повседневности.

В российском контексте хутуны напоминают скорее не дворы-колодцы Петербурга, а исторические кварталы Томска, Иркутска и Вологды. Этот опыт важен для российских городов: он показывает, как городскую историю можно сохранять не через снос или музеефикацию, а через деликатную адаптацию — сохраняя масштаб, структуру и саму логику жизни места.

Для личного погружения стоит увидеть:
Shijia Hutong Museum — улица Дашилань (Dashilan) — улица Янмэйчжу Сецзе (Yangmeizhu Xiejie) — 77 Theatre (проект Origin Architect)

Фото: Ольга Краснова, Евгений Мирнов, Матвей Громак

#пекин #хутуны #идентичность #ревитализация #плотность