#PLP_АУ
Финансовый управляющий не следователь — отказ в завершении банкротства из-за «нераскрытых» мошенников незаконен (Постановление АС ДВО от 15 июля 2026 года по делу № А73-14560/22).
📝
Что произошло. Должник-гражданин Касавцова А.П., признанная банкротом с открытием реализации имущества в сентябре 2023 года, ходатайствовала через финансового управляющего о завершении процедуры. Суд первой инстанции и апелляция отказали, сочтя, что управляющий недостаточно провёл мероприятия по истребованию денежных средств у третьих лиц, на чьи счета должник перевела кредитные средства под воздействием мошенников, и параллельно поставили вопрос об отстранении управляющего.
В чём ошибка. Нижестоящие суды фактически возложили на финансового управляющего функции расследования уголовного дела, возбуждённого по ч. 4 ст. 159 УК РФ, по которому следственные органы не установили лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемых. Суды не учли, что личности получателей денежных средств не установлены самими правоохранительными органами, что сроки на оспаривание сделок и взыскание неосновательного обогащения фактически истекли (деньги переведены 01.06.2022), что имущество у должника отсутствует, признаков её недобросовестности или сговора с получателями не выявлено, а кредиторы пассивны и не обжалуют действия управляющего.
Позиция кассации. По смыслу ст. 213.28 Закона о банкротстве суд при рассмотрении отчёта проверяет формирование конкурсной массы и исчерпание возможностей расчётов с кредиторами. Если имущество гражданина не выявлено, а перспективы его обнаружения и возврата денежных средств, переведённых третьим лицам в результате мошеннических действий, отсутствуют в течение длительного периода процедур, отказ в завершении реализации имущества со ссылкой на необходимость дальнейших «розыскных» мероприятий управляющего противоречит публично-правовым целям института банкротства и ущемляет права самого гражданина-должника, в том числе на разумные сроки процедур. Подмена финансовым управляющим деятельности следственных органов недопустима, поскольку у него нет соответствующих полномочий, фактических возможностей и инструментов.
При новом рассмотрении суду надлежит дать оценку всем доводам по ходатайству о завершении процедуры с учётом длительности банкротства, поведения должника (отсутствие признаков недобросовестности), пассивности кредиторов и реальных перспектив пополнения конкурсной массы, а также вынести на обсуждение лиц, участвующих в деле, обстоятельства, предусмотренные п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, правильно распределив бремя доказывания.
Для практики. Должнику-жертве мошенничества в банкротстве следует настаивать на завершении реализации имущества при отсутствии имущества и реальных перспектив его обнаружения, ссылаясь на длительность процедур, пассивность кредиторов и невозможность подмены управляющим работы следственных органов. Кредиторам и судам при возражениях против завершения необходимо обосновать конкретные перспективные мероприятия по формированию конкурсной массы, а не абстрактное «недостаточное усердие» управляющего. Финансовому управляющему целесообразно заблаговременно фиксировать исчерпывающий объём предпринятых мер и невозможность установления конечных получателей средств.
Судебная практика всех остальных округов