🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤
🔤азвание: "🔤лять"
Часть 1.5
Часть 1.1
Часть 1.2
Часть 1.3
Часть 1.4
‼️Отсутствует описание применения смазки, но она есть‼️
🤩🤩🤩
День 5. Стоя лицом к стене.
— Слушай, тебе не кажется, что это уже слишком?..
Именно эта фраза была услышана Дазаем, когда Накахара, немного подвыпивший, был прижат лицом к стене. Нет, никто никем не пользуется, Чуя в сознании, он соображает.
Но его сегодняшний образ, чёрт.. Осаму едва сдерживается:
Чёрные брюки, рубашка соблазнительно вишнёвого цвета, портупея, перчатки, шляпа, чокер, да длинное пальто, которое уже висело на крючке при входе. Особых изменений нет, но все же.. А ещё и лёгкая развязность Чуи. Он ни оскорблял, ни сопротивлялся, вообще ничего, лишь то же пламя желания, горящее из глубин организма и не оставляющее после себя пепел.
— Мхм.. Осаму, пожалуйста.. ~
Рыжий слабо держал руки на стене, пока бёдра неожиданно оттолкнулись назад, навстречу к паху детектива. Тот тут же взялся за Чую и ответно поддался вперед, утыкаясь в шею старшего.
— Сегодня такой развязный, да?..
— Мм.. Есть такое.. ~
— Отлично. Только завтра ты будешь меня вновь материть.
Мафиози протянул руку в кожаной перчатке назад, потрепав младшего по волосам, но суицидник внезапно прервал это действие, прижал запястье к стенке, а сам прижался к губам Накахары своими. Поцелуй казался странным лишь по одной причине: Чуя открыто выражал желание, тут же запустив язык и мягко, бархатно постанывая во время процесса.
От подобного поворота даже великий Дазай Осаму землю из-под ног потерял на мгновение, но тут же собрался и продолжил свои прелюдии: пополз руками по ляжкам Чуи с передней стороны, затем сзади, огладил попку, вернулся к паху и начал расстёгивать брюки, освобождая Накахару от преград.
— 'Саму..
— Тс, тише..
И снова тишина из-за поцелуя. Лишь прерывистое дыхание и пряжка ремня, звенящая в темноте. Глухой стук от падения: шляпа упала, притомилась рядом. Шатен опускает брюки с мафиози. Несмотря на реальную медлительность, руки блуждают чувственно, едва сдерживая первобытную потребность. Чуя тоже руки назад тянет, чтобы хоть как-нибудь зацепиться за парня, но в конце концов сдается и оставляет конечности у стены. Рыжий в частично пьяном состоянии мог только ощущать эти большие бинтованные руки, беспардонно залезающие везде, куда можно и нельзя; низкий парень раздвинул ноги чуть шире, словно маня к себе, как к долгожданному десерту. Мурашки табуном бежали по коже, приходилось иногда вздрагивать, но настоящий озноб пробежал по позвоночнику, когда в подавляющей тьме послышался звон другой пряжки.
Началось.
Мафиози замер, а бинтованный тем временем прицепился к его шее, пока поглаживал свой член.
— Чуя, скажи, как сильно ты хочешь, чтобы я был внутри. Чуя любит это говорить, верно?
— Мм.. Что ты там задумал, а?..
— Я? Ничего особенного.. — с этими словами он приставил свой ствол ко входу Чуи и медленно вошёл, преодолевая плотное кольцо мышц, жадно сжимавшее, словно не желающее отпускать никогда.
— Агх.. Гх.. Осаму.. Ммм..!
Сегодня же Дазай двигался ровно, но медленно, также он сейчас и входил, заставляя тесный проход принять каждый чёртов сантиметр, так глубоко входящий в самую сердцевину существа. Сопровождалось это, конечно же, хрипами и мычаниями старшего.
Когда осталось совсем чуть-чуть суицидник впихнулся основательно и до конца, вырвав из Накахары долгожданный протяжный стон. Шлепок раздался от соприкосновения друг тел; ягодицы Чуи колыхнулись от толчка, который возобновился ещё раз, и ещё, ещё...
Это зрелище любого завело бы, и Осаму не исключение. Рыча взахлёб, он не останавливал движения, наверное, только из-за звуков в виде сладострастных вздохов и того, как колышется эта завлекающая внимание и желание задница Чуи.
Вспомнив о возможностях позы, в сей они находятся, шатен прижал мафиози к стене ещё плотнее, не давая тому и места пошевелиться. Толчки стали жёстче.
— Мхм! Мнх! Анх!! Ах! Дазай! Дазай, пожалуйста!
Суицидник взялся за бёдра старшего крепче и исполнил просьбу, сам вздыхая от сегодняшней чувствительности.