Еще Андропов думал отказаться от советской национально-территориальной политики путем ликвидации национальных республик и «погашения» титульных народов. Об этом плане «губернизации» в середине 00х рассказал помощник генсека по экономике Вольский:
«У него была идефикс — ликвидировать построение СССР по национальному принципу. Межнациональная рознь в СССР подавлялась. Не была такой злобной, как ныне. Однако тлела всегда. Как-то генсек меня вызвал: «Давайте кончать с национальным делением страны. Представьте соображения об организации в Советском Союзе штатов на основе численности населения, производственной целесообразности, и чтобы образующая нация была погашена. Нарисуйте новую карту СССР».
15 вариантов сделал! И ни один Андропову не понравился. Какой ни принесу — недоволен… Самое трудное было — заводы поделить. С содроганием вспоминаю то задание… Корпели день и ночь. Компьютеров-то не было. Из подручных средств только телефоны да справки. Нарисовали три варианта. 41 штат у нас получился. Закончили, красиво оформили, и тут Юрий Владимирович слег. Не случись этого, успей он одобрить «проект», с полной уверенностью скажу: секретари ЦК, ставшие впоследствии главами независимых государств, бурно аплодировали бы мудрому решению партии. И страна не вляпалась бы в то, во что спустя несколько лет по уши вляпалась».
Это говорит Вольский, уже зная, что всего через 3 года после описываемых аппаратных бурь в СССР случились первые национально-антиколониальные протесты. Спровоцировали сначала не очень крупные волнения в Якутии, а потом крупные в Казахстане, в числе прочего, попытки форсировать образование единой «исторической общности советский народ» вместо союза «советских наций». В Алматы в конце 86го назначение главой этнического русского «варяга» Колбина воспринимали именно как шаг к упразднению республики. Это было первое, о что споткнулась горбачевская Перестройка, поначалу сильно питавшаяся андроповскими идеями.

#НАподумать

Подписывайтесь @ar_mukhametov