Post #1460
250
Нас уже 1500.
Полторы тысячи! Немыслимо. Большое спасибо за ваше присутствие и участие в совместном наблюдении.
Пусть в этот раз будет одна из последних работ Фра Анджелико. Святой Доминик из Йельского университета, показанный на выставке в палаццо Строцци.
Вживую утраты красочного слоя ещё заметнее: Иннокентий III совсем теряется среди безличных зданий, едва выглядывающее небо теперь лишено прежней апрельской звонкости алтаря Санта-Тринита. Но всполох голубого с посеребренными ликами Петра и Павла, возникший в тесном — скорее геометрическом, чем архитектурном — объёме, неизбежно напоминает пределлу Коронования Марии из Лувра с одноимённой композицией.
Теперь всё теснее и уплощённее, лишено бега аркад, а руки Доминика больше не воздеты к апостолам, как двадцать лет назад. Но вспышка небесно-голубого осталась чем-то неотчуждаемым. И непреходящим.
Полторы тысячи! Немыслимо. Большое спасибо за ваше присутствие и участие в совместном наблюдении.
Пусть в этот раз будет одна из последних работ Фра Анджелико. Святой Доминик из Йельского университета, показанный на выставке в палаццо Строцци.
Вживую утраты красочного слоя ещё заметнее: Иннокентий III совсем теряется среди безличных зданий, едва выглядывающее небо теперь лишено прежней апрельской звонкости алтаря Санта-Тринита. Но всполох голубого с посеребренными ликами Петра и Павла, возникший в тесном — скорее геометрическом, чем архитектурном — объёме, неизбежно напоминает пределлу Коронования Марии из Лувра с одноимённой композицией.
Теперь всё теснее и уплощённее, лишено бега аркад, а руки Доминика больше не воздеты к апостолам, как двадцать лет назад. Но вспышка небесно-голубого осталась чем-то неотчуждаемым. И непреходящим.
