Повешение на кресте в Римской империи было одной из самых позорных, мучительных и жестоких казней, которой подвергались особо опасные преступники и государственные изменники. На Суде Пилата решающим фактором осуждения Иисуса Христа было обвинение иудеев в том, что Он называл Себя Царем, а это в глазах римского чиновника являлось "преступлением против величия" (crimen laesae majestatis). Крик толпы "не имеем царя, кроме кесаря" побудил прокуратора отдать Иисуса на Распятие, однако согласно римским законам, судья не должен был поддаваться voces populi, "голосу толпы" и, более того, должен был жестоко наказывать зачинщиков мятежей, то есть как раз не Иисуса, а первосвященников. Таким образом, Пилат, как отмечает итальянский историк права Пьетро де Франчиши
пренебрёг правовыми нормами, которые он обязан был применить, отказался от собственных полномочий, решив не пресекать мятежную смуту, и отвернулся от правосудия, заранее зная, что отдаёт всё ещё невиновного человека на расправу его заклятым врагам.
С правовой точки зрения Иисуса из Назарета не осудили, а убили: его казнь была не несправедливостью судопроизводства, а умышленным убийством.
Одним из решающих и при этом малоочевидных факторов смерти на кресте было удушье, производимое перерастяжением мышц груди: распятому нужно было подтягиваться на руках, чтобы вдохнуть — когда не оставалось сил, не оставалось и возможности дышать. Именно это делало эту казнь такой позорной и мучительной.
Вино с желчью (Мф. 27:34), или со смирной (Мк. 15:23), которое давали Иисусу — не было само по себе формой надругательства: это было обезболивающее, от которого Христос, несмотря на ужасную боль, отказался. Не был надругательством и "уксус", которым смочили губку, когда Спаситель попросил пить. Это была поска, напиток римских легионеров, сделанный из смеси воды и прокисшего вина. Поска не только хорошо утоляла жажду, но и отбивала дурной вкус воды. Ее Христос принял.
Тем самым, отказ от одурманивающего напитка и, напротив, принятие жидкости, утоляющей жажду, указывают на полную готовность Спасителя принять все мучения в совершенно трезвенном, бодрственном, сознательном состоянии ума и тела, соответствующее по смыслу велению, которое Христос дает ученикам в Гефсимании: «Бодрствуйте!» (Мк. 14:34, 38)