//
из архива⠀Монументальный, неспешный, почти сплошным (без абзацев и глав) потоком льющийся роман. И читать его нужно, по-моему, медленно и не отрываясь, не обращая внимания на смену дня и ночи, на периоды принятия пищи.., только отвлекаясь от страниц и задумываясь над прочитанным. Перед нами плотный интертекстуальный модернистский документально-художественный роман о времени и безвременье, о памяти и беспамятстве... О Европе в период Холокоста, который для кого-то прошёл как незамеченный дождь за окном...
⠀Жанровая принадлежность размыта, здесь словно прислушиваешься к монологам и диалогам двух людей, автора и Аустерлица, которые встречаются и расходятся, обсуждают архитектуру и кучу разных вещей..., погружаются в воспоминания и рефлексируют над прожитым. Во второй половине 60-х годов в Антверпене автор сталкивается с 30-летним Жаком Аустерлицем, историком архитектуры, который походя объясняет строение купола антверпенского Центрального вокзала. И на протяжении предстоящих 30 лет, вплоть до 1990-х, они будут вновь и вновь пересекаться, Аустерлиц станет тем источником вдохновения для писателя, переводящего на бумагу его слова и мысли, его путешествия по глубинам памяти, а местом действия станут три столицы — Париж, Прага и Лондон.
⠀За всеми этими прогулками, разговорами историка архитектуры, пытающегося увидеть связь времён в сооружениях рук человеческих, постепенно проявляется история мальчика, который из Праги был вывезен в уэльскую деревушку и стал сыном священника ("чешский Киндертранспорт", операция по вывозу детей и подростков из Германии, Австрии, Чехословакии, Польши и вольного города Данцига в Великобританию в 1938-39 гг.). Лишь в зрелом возрасте он узнает о своём происхождении и прошлом, о матери, оперной певице с ангажементом в Пражской опере, об отце-социалисте, которого война застала в Париже... Вся книга как невероятное откровение для человека, который раскрыл для себя великую трагедию произошедшего с его родителями и в целом с Европой...
«...мне всё больше кажется, что время вообще отсутствует как таковое и что в действительности существуют лишь различные пространства, которые входят одно в другое в соответствии с какой-нибудь высшей стереометрией и межу которыми живые и мёртвые, смотря по состоянию духа, свободно перемещаются...»
⠀Роман как поиск ориентиров и опоры для понимания себя, своего происхождения, места в мире, ведь между главным героем, который прожил в уэльской деревушке и мимо которого прошла великая человеческая трагедия, и автором, который воспитывался дедом в альпийской деревушке, а отец которого служил в Вермахте и попал во французский плен, есть прямые параллели. Происходит своеобразная реконструкция памяти, когда Аустерлиц вспоминает то, чего ему никто не рассказывал. А позже, найдя в Праге подругу родителей, жившую с ними по соседству, герой начинает восстанавливать прошлое своих родителей, происходит экзистенциальный кризис, он уничтожает все свои исследовательские работы и теряет способность даже говорить...
«Мне чудилось тогда, будто все мгновения моей жизни собрались в одном пространстве, словно все события будущего уже свершилось и только ждут того, чтобы мы наконец добрались до них, подобно тому как мы, получив приглашение, добираемся до нужного дома, стараясь поспеть к условленному часу»
⠀Зебальд великолепно соединил с виду абсолютно разрозненные и кажущиеся второстепенными исследовательские данные из разных сфер человеческого бытования с канвой личного пути героя, его самоосознания, разочарования и исцеления, при этом время самого романа нестабильно, скачкообразно, смешаны герой и повествователь, главный и второстепенные лица, вклинивающиеся своей прямой речью в текст. Таким образом, сам роман становится над временем и предметами/местами/событиями, его наполняющими, а блоки текста соединены лишь фотографиями, создающими эффект документальности и реальности происходящего.
(📖 Ещё читал сборник «Естественная история разрушения»)
#книжныйотзыв #изархива
#Зебальд
#Аустерлиц
