«Нингэн сиккаку»), Осаму Дадзай, 1948Этот текст является самым популярным за пределами Японии из написанного автором. Он лёг в основу нескольких экранизаций и манг. Автор, прожив 38 лет и совершив до этого две неудачных попытки покончить с собой, в третий раз добился желаемого... Осаму Дадзай стал классиком японской литературы.
Перед нами три тетради, которые находит рассказчик-писатель, когда посещает своего друга в другом городе. Он знакомится в баре с "мадам", уже немолодой женщиной, работавшей в развлекательном питейном заведении и знавшей автора дневника. Она передаёт ему эти тетради, а тот знакомится и увлекается откровенным рассказом, датирует события примерно 1930-1931 годами, место — Токио.
Рассматривая три фотографии, которые лежат вместе с тремя тетрадями, мы заглядываем в сердце человека, на них изображённого. Десятилетний улыбающийся мальчик. Юноша в студенческой форме, словно прикрывающий ехидной улыбкой-маской свой внутренний мир. Изможденный мужчина неопределённого возраста с уже седыми волосами, сидящий в углу грязной комнаты у камина... Три этапа жизни, три стадии упадка, когда такой славный мальчик из аристократической семьи станет позором для родственников и будет вычеркнут, стëрт из семейной книги. Первая тетрадь начинается словами:
«Вся моя жизнь состояла сплошь из позора. Да я, впрочем, так и не смог уяснить, что это такое — человеческая жизнь...»
Мы знакомимся с нелюдимым мальчиком Ëдзо, который боится прогневать своего отца, члена правящей партии, часто отсутствующего в Токио и привозящего оттуда подарки детям. Он идёт в школу, где притворяется эдаким шалопаем, местным клоуном. На самом деле он боится людей, чувствует себя изгоем, и хотя ему легко даются любые знания и предметы, ему приходится играть какую-то роль. Дома он послушный сын, в школе он весельчак и шутник.
Потом мальчик вырастает в гимназиста, потом выбирает путь художника, начинает жить в большом Токио и пускается во все тяжкие. Его другом становится художник-алкоголик, который открывает ему тёмную сторону жизни в большом городе. Рано или поздно отец перестаёт содержать сына, и он начинает жить за счёт то одной, то другой женщины, перебивается заработками, рисуя комиксы для уличных журналов.
«Женщины... То они привлекают к себе, то отталкивают, а то вдруг в присутствии людей обращаются к тебе крайне презрительно, совершенно бессердечно, но когда рядом никого нет, крепко прижимают к себе; спят они как мёртвые, может быть они и живут, чтобы спать?»
С очередной своей возлюбленной он решает покончить жизнь самоубийством. Они бросаются вместе в море, но парень выживает. Это событие ложится тёмным пятном на его биографии, семья отказывается от него. Потом он сходится с продавщицей из ларька, они обручаются. (А ещё её насилует какой-то тип, пока герой на верхнем этаже общается с другом. И это событие несколько выбивает его из колеи, вот ведь какая у него доверчивая женщина, сетует он).
Весьма откровенные истории, но для сегодняшнего читателя это отнюдь не шокирующая исповедь, как кажется. Постоянно рефлексирующий и жалующиеся на жизнь герой, он оказывается повсюду лишним. То он спивается, то начинает употреблять опиум, но продолжает рисовать комиксы. К 28 годам он совершает ещё одну попытку суицида, напившись снотворного, и оказывается в психиатрической лечебнице, где ему помогают избавиться от зависимостей.
«Нелегальность — вот что доставляло мне какое-то смутное наслаждение. Мне в таких условиях было очень уютно. И наоборот, легальность в этом мире казалась мне страшной (я чувствовал в ней что-то чудовищно сильное), механизм её действия — непознаваемым»
Эта автобиографическая повесть, написанная весной 1948 года, стала практически последним произведением Осаму Дадзая, в которое он вложил свои последние силы и душу. В июне, не дождавшись издания последней её части в журнале «Тэмбо», больной и измученный Осаму Дадзай написал свой последний рассказ «Гуд бай» и вместе с Ямадзаки Томиэ бросился в один из токийских водосборников — Тамагава.
окончание в комментарии
#книжныйотзыв
#ОсамуДадзай
