Пока у меня устанавливается очередное обновление иммунитета, имею сказать нечто про унивокальность сущего. Всё, что существует, существует в одном смысле или есть несколько видов существования? Говоря проще, бытие унивокально или эквивокально?

Беспокоило меня это долгое время, потому что было неясно, почему эта проблема вообще проблема, и потому что я, разумеется, не предпринимал попыток в ней разобраться. Наконец случай представился, когда Женя Логинов остался один на один с Полиной Хановой и мной. Мы с Полиной отстаивали эквивокальность. В самом деле, нельзя же сказать, что стул и число семь существуют одинаково? Женя считал «льзя», и даже очень, потому что и то и другое поддаётся квантификации. Если истинно «существует стул» и истинно «существует число семь», то в обоих случаях работает один и тот же квантор существования. В ответ Полина заметила, что тогда понятие существования становится исключительно формальным и почти лишённым метафизического содержания. По её мнению, разные способы организации свойств определяют разные способы существования. Например, свойства ментальных и физических событий различны не просто по составу. То, почему камень не имеет свойств образа камня, а образ камня — свойств камня, не определяется каким-то ещё отдельным свойством, принадлежащим тому или другому. Различие лежит глубже — в самом способе их существования. В моменте Женя не нашёл, что ответить, но в следующем раунде, когда Полина предала нашу философскую дружбу ради заседания кафедры, мы с Женей рассудили, что брать эквивокальность соблазнительно, но низко.

Если вещи существуют принципиально разными способами, возникает вопрос, каким образом они вообще могут входить в одни и те же отношения. Старая версия этой проблемы касается того, как Бог взаимодействует с миром (и бог бы с ним). Но тот же вопрос возникает применительно к сознанию и физической реальности. Если ментальное и физическое принадлежат разным способам бытия, то необходимо отдельно объяснить, каким образом между ними возможно единое каузальное отношение. Само различие способов существования ещё не делает взаимодействие невозможным, но делает его дополнительной метафизической загадкой.

Сюда же примыкает проблема знания. Если число семь существует совершенно иначе, чем я, то как вообще устанавливается отношение между мной и семёркой? Как я могу знать математические истины? Как звук «семь» может реферировать к семи? Конечно, эта проблема возникает и у вполне унивокального платониста, но введение особого способа существования чисел её скорее усугубляет, чем решает.

Наконец, представление, согласно которому способ существования определяется способом организации свойств, грозит радикальной эквивокальностью сущего. Всякий объект, событие или процесс можно описать как принадлежащие к определённому типу вещей, для которых характерны одни свойства и отсутствуют другие. Почему тогда различие между камнем и образом камня должно задавать два способа существования, а различие между камнем, кошкой, университетом, инфляцией и заседанием кафедры — нет? Здесь стороннику эквивокальности нужен какой-то непризвольный критерий: какие различия являются просто различиями между видами сущего внутри одного способа существования, а какие требуют признания разных способов бытия? Без такого критерия теория либо незаметно возвращается к унивокальности, либо начинает бесконтрольно умножать способы существования.

Были также иные доводы, связанные с единством мира и с тем, что мир устроен как-то, а не как угодно. Но это можно отложить до поры, пока в тёмных кузнях информационного отдела философского факультета выковывается дополнительный вид существования.