Особенность времени — именно таких текстов требуется все больше и больше, сказал доктор Стрендж (и открыл портал в мультивселенные безумия).
«Дай мне мои камни бесконечности», — заорал несчастный титан, сторонник геноцида ради выживания популяции. «Иди в жопу», сказал белокурый асгардец и в его тупую руку радостно нырнул верный Мьольнир.
Посмотрела на все это поэтесса Фанайлова, и закручинилась. Она вспомнила свое незабвенное, из далеких-далеких, глубоко довоенных лет:
Я наблюдала как тебя колбасило
В процессе усложнения сюжета.
Я ничего не приукрасила.
Порою я тобой гордилась
Как девочка дарёным гаджетом
На дискотеку нарядилась.
В тебе не нужно сомневаться.
Твоё притворство и коварство.
Ты господин, достойный царства,
Но отвергающий корону.
Не бойся, я тебя не трону.
Я врач войны, а не лекарство.
На лбу моём пройдут стигматы.
Ты вёз меня через Карпаты
До самой пропасти, до замка
Как тяжкую и дорогую ношу
В огненном волчьем круге.
Нам нельзя сомневаться друг в друге.
В наличии у каждого
Креста кинжала и лопаты
В готовности исчезнуть заживо
Не бойся, я тебя не брошу
И если наша жизнь закончится
Не так, как мы предполагали,
Мы сделаем, как нам захочется:
Мы просто встретимся в Валгалле
(с) 2008
Отличие поэзии от собственно лит-ры простое: тексты, участвующие в т.н «литературе» — это тексты, где их функция быть «средством перемещения» либо девальвирована (вообще не предполагается, максимум, что там может быть — это легкое смещение, трактуемое как «эстетический опыт»), либо устарела («устарел, как робот 8, когда робот 10 есть»), тогда они «отправляются в архив», то есть становятся «ретро».