— Леркис ведь любит ягодные пироги? — Искора сделала встревоженное лицо. Вопрос прозвучал достаточно громко, чтобы ее волнение было замечено и на другом конце одеяла.

— От тебя он и подошву слопает! — засмеялась Тирна. Потом похлопала по плечу Орриса: — Смотри! Заберет Леркис твою сестрицу, опомниться не успеешь.

Искора испытала невероятное удовольствие от бестактности Тирны.

— Иди, скоро начнутся танцы, — поторопила ее Алорис и принялась нарезать мясо дикого туфа, пойманного накануне офранскими парнями.

Как только Искора направилась к музыкантам, Оррис подскочил:

— Сам отнесу, — он выхватил тарелку. Пирог чуть не улетел с нее. Искора изо всех сил старалась сдержаться, но смех разбирал ее. “Так-то!” — ехидно подумала она, а вслух произнесла:

— Что ты? Каждая семья должна подарить что-то музыкантам. Я просто хочу, чтобы нас здесь поскорее приняли.

Искора забрала блюдо, поцеловала Орриса в щеку и весело побежала к Леркису. Оррис резко приземлился на одеяло. Стиснул зубы. Он исподлобья поглядывал в их сторону. Смеется, поправляет ему ворот рубашки! А этот безмозглый туф, прислужник Таласси, хватает ее руки и не дает уйти… Может, это и к лучшему. Наконец, она оставит его в покое.

Вскоре по полю зазмеились хороводы. Искора подняла Тирну и Алорис и увлекла за собой в пляс. Неразрывная цепочка гнулась во все стороны, закручивалась ракушкой и разворачивалась обратно и наконец рассыпалась. Музыка заиграла громче, привольнее. Каждый закружился в собственном танце.

Оррис хотел уйти. Чувствовал, что ничего хорошего его здесь не ждет, но не мог двинуться. Взгляд неотрывно следил за Искорой. Как красивы ее руки. Плавные и одновременно порывистые движения. Локоны бушевали синими волнами. Вдруг Искора вскрикнула — Леркис оставил многострунный гельт и закружил ее в объятьях. Та раскинула руки в стороны и отклонилась назад, подставляя беззащитные шею и грудь.

Отвращение — вот что испытал Оррис. Он брезгливо отер губы, будто дневной поцелуй случился только что. Искора хочет заставить его ревновать. Как будто это что-то изменит! Она никогда не откажется от магии, а он не пойдет на сделку с совестью.

Музыка смолкла. Леркис проводил Искору до ее места. С их приходом Оррис ощутил, как внутри все накаляется и готово взорваться в любой момент.

— Не хочу возвращаться к своим, — сказал Леркес, махнув в сторону других музыкантов. Потом коснулся руки Искоры, их пальцы сомкнулись в замок.

— Тогда я напрасно испекла ягодный пирог, — выдохнула она и робко потупила взгляд.

— Спеть для тебя? — глаза Леркиса наполнились желанием.

— Спой, — Искора пугливо высвободилась и отступила. — Это мой брат, Оррис.

— А, хм… — музыкант, казалось, только заметил его присутствие. — Мы все очень рады вашему появлению.

Оррис сухо кивнул. Леркес вскинул брови от прохладного приветствия и вернулся к Искоре. Во взгляде отразилось томительное удовольствие.

— Песня будет звучать слаще от твоего поцелуя, — шепнул он, приблизившись к ней.

— Поцелуй?! — озвучила она намерения музыканта. Пальцы смущенно коснулись губ, словно защищаясь от вторжения.

Мысли роились в голове Орриса. Путались, теряли смысл и превращались в болезненные ощущения. Искора медлила. Ее тоже тяготили внутренние метания. Поступить так с Оррисом? Краска залила ее лицо. Воспользоваться нахальством Леркуса и отомстить за свои мучения?

— Только один поцелуй. Это лучший подарок на День победы над гадкими магами.

 “Идиот,” — подумала Искора. Но все равно подалась вперед и на дыхание прижалась к губам Леркуса своими. Гадко.

Оррис окаменел. В ушах зашумело. Пока он пытался совладать с собой, Искора уже рассталась с музыкантом и села рядом. Оррис нелепо отдернулся, вскочил и торопливо ушел. Искора нежно погладила одеяло в том месте, где он сидел. У нее просто не было другого выхода. Она вздохнула и, скрывая раздражение, уставилась на Леркиса, который пел любовную песню для нее.

#СветБылойТьмы
#МаргоНега
#фэнтези