ИСПАНСКИЙ СТЫД

Чем дольше мы наблюдаем за тем, что происходит в нашей зоозащитной среде, тем меньше нам хочется вообще употреблять по отношению к себе слово «зоозащитники».

Последние пару дней наш бот буквально раскалён от количества информации, которую нам присылают по поводу определённых представителей зоозащиты Узбекистана. И у нас к вам огромная просьба: пожалуйста, не надо. Не надо присылать нам информацию о том, у кого сколько было мужей, жён или любовников, кто чем промышляет по жизни, у кого какие пороки, заболевания или инвалидность. Не надо отправлять нам бесконечные голосовые сообщения, скриншоты личных переписок и вытряхивать в наш бот чужое грязное бельё. Нам это не интересно. Нам не интересна личная жизнь людей — кто с кем живёт, дружит, спит, ругается, мирится, чем дышит. Мы не будем это публиковать. Если информация не касается животных, фактов жестокого обращения, условий содержания, непосредственно связанных с их благополучием, — оставьте, пожалуйста, личную жизнь людей за пределами нашего бота.

Мы — информационный канал о животных. Мы рассказываем о проблемах, публикуем обращения, освещаем случаи жестокости, спасения, работу волонтёров и реакцию государственных органов. И, честно говоря, глядя на то, во что периодически превращается наша «зоозащита» в социальных сетях, нам порой просто стыдно даже находиться рядом с этим понятием.
Потому что заходя в некоторые зоозащитные группы и вместо животных видишь бесконечную помойку из выяснения отношений, оскорблений, переходов на личности, публичного вытаскивания чужих разговоров и переписок.
Сегодня люди проклинают друг друга до седьмого колена. Завтра — уже лучшие друзья. Сегодня публично рассказывают друг о друге такое, что волосы дыбом, а через неделю мило общаются и вместе выступают против кого-то третьего.

И невольно возникает вопрос: у вас вообще когда-нибудь остаётся время на животных?
Потому что на эти бесконечные войны, многочасовые переписки, голосовые сообщения, посты, комментарии, разоблачения и ответные разоблачения времени хватает всегда.

Есть конечно совершенно другие волонтёры. Их единицы, но они есть. Те, о ком зачастую вообще ничего не слышно. Они молча забирают, лечат, стерилизуют, пристраивают, ищут деньги, машины, клиники и передержки. И зачастую у них просто нет времени сутками выяснять отношения в социальных сетях — потому что у них на руках животные.

А теперь этот клубок становится ещё больше.
В помощь животным Узбекистана подключаются российские волонтёры. Они переводят деньги на лечение, помогают в сложных случаях, иногда принимают животных в России, когда здесь исчерпаны возможности лечения, помогают искать им там дом. Да, это не массовая практика, но такая помощь существует, и за неё можно только сказать спасибо.
И вместе с животными, которым действительно нужна помощь, наши внутренние зоозащитные войны постепенно начинают переползать и туда.

Люди из другой страны приходят помочь конкретной собаке или кошке — и невольно оказываются внутри многолетнего клубка наших конфликтов: кто с кем дружит, кто с кем поссорился, кому можно доверять, кому нельзя, кто вчера был «ужасным человеком», а сегодня внезапно снова стал хорошим.
И вот здесь становится уже действительно стыдно.
Стыдно перед людьми, которые смотрят на всё это со стороны. Стыдно за эту зоозащитную биполярку: сегодня ненавидим — завтра любим, сегодня выворачиваем человека наизнанку публично — завтра целуемся в дёсны.

Можно не дружить. Можно не соглашаться. Можно вообще не переносить друг друга на дух. Но какое отношение всё это имеет к животным?
Наверное, именно поэтому мы и не называем себя зоозащитниками.

А наблюдая за некоторыми представителями нашей зоозащиты, иногда хочется только одного: чтобы наконец закончились эти бесконечные войны и всё то огромное количество энергии, времени и денег, которое вокруг них крутится, начало уходить туда, ради чего всё это якобы существует.

На животных.

©Animal life in Uzbekistan 🇺🇿